Я понимаю, что лизала костяшку своего указательного пальца, и до сих пор пощипываю губу, которой он касался. Сердце так сильно колотится, низ живота пульсирует.
Я ненормальная. Утыкаюсь лбом в матрас и качаю головой. Он меня презирает всей душой, а я испытываю наслаждение, думая об этом. Тупой дурацкий гоблин! Как же так получилось?
Жду с нетерпением новой встречи, но никто никогда об этом не узнает. Ни в коем случае! Он — точно не должен!
В семь утра раздается звонок в дверь. Я никого не жду, но уже знаю, кто это.
Курьер как обычно улыбается, вручает корзинку со свежей ягодой. Кто-то — а я уверена, что это Леонидас — каждое утро в течение недели присылает мне к завтраку клубнику, черешню, голубику, малину… Вчера был микс. Поначалу я отказывалась, в первый раз даже повздорила с курьером и вынудила его оставить лукошко на полу у двери.
Гордая, одинокая, свободная… и без витаминов.
В доме, где я теперь снимаю бюджетное жилье, убираются не каждый день, поэтому к моему возвращению корзинка оказалась на прежнем месте.
Правда, перевернутая. Свежие сочные ягоды рассыпались по полу, кто-то специально подавил их обувью. Пришлось пятнадцать минут оттирать площадку под ругань заставшей меня в процессе работы соседки.
Я решила больше не отказываться от удовольствия и не обесценивать труд людей, которые эту самую ягоду старательно собирали, мыли и красиво упаковывали.
И вот я сижу в своем обожаемом кресле и жую сочную крупную черешню, прохладная темно-красная мякоть приятно перекатывается во рту — остатки роскоши.
Завтрак стал моей любимой частью дня. В такие моменты мне кажется, что жизнь начинает налаживаться. Я оплачиваю свое жилье сама, у меня есть вкусная еда. И все остальное непременно получится!
Я немного освоилась в фирме. Хорошая новость — то сложное дело оказалось не быстрым, и, пока оно в работе, меня не уволят. Плохая — хоть оно и не в компетенции Богданова, именно Кирилл будет им заниматься. Делать нечего, я набираюсь опыта и стараюсь изо всех сил.
Сегодня у меня целых два легких дела у Богданова. Первое мне подсунули буквально с утра, потому что коллега заболела. Ко второму я подготовилась еще на той неделе.
Первое заседание проходит стандартно, если бы не один момент. В самом конце, когда участники процесса тянутся к выходу, Кирилл Платонович вдруг окликает меня.
— Лада Алексеевна?"
"Я поначалу теряюсь, не ожидая, что он обратится ко мне лично.
