А на следующий день опасения подтверждаются, я впервые в жизни попадаю в аварию.
Глава 19
Лада
— Я сейчас за рулем, перезвоню вам через десять минут, — говорю клиенту, перестраивая машину в правый ряд и готовясь к повороту.
— Лада Алексеевна, это буквально на две минуты, — спорит тот.
— Хорошо, только быстро…
Впереди едущая машина внезапно жмет по тормозам и резко останавливается. Мой «Солярис» влетает в задний бампер на скорости шестьдесят километров в час. Меня бросает вперед, следом откидывает назад и прижимает к спинке сиденья подушкой безопасности.
Первое, о чем я думаю, выбравшись из машины, — это не собственное здоровье.
Новенький черный «Порш».
Мне капец.
Из спортивной машины, в бампер которой я влетела, выходит двухметровый мужчина, и, едва я открываю рот, чтобы указать на явную подставу, он сообщает:
— Ну все, попала сука. Два ляма! Бери где хочешь. Тебе есть кому позвонить, красавица?
— В суде разберутся, кто виноват в ДТП.
— Деньги, блть, сказал, ищи! — рявкает он и идет прямо на меня.
Я юркаю в свою машину, закрываюсь на замки и звоню в ГИБДД. Боже мой, боже мой. На глаза снова и снова наворачиваются слезы. Хреновый из меня юрист, в суматохе последних дней я не вписала себя в страховку отцовской машины. Вот вообще было не до этого! Нужно судиться и доказывать подставу. Регистратора у меня нет, может, кто-то из проезжающих мимо записал столкновение? Надо искать свидетелей.
Пульс учащается так, что начинают стучать зубы. Разъяренный амбал ходит вокруг моего «Соляриса», пинает колеса со всей дури, аж машина покачивается.
Я каждый раз зажмуриваюсь, словно он в состоянии перевернуть автомобиль. С кем-то треплется по телефону. Смеется.
Когда я выхожу из ГИБДД, уже начинает темнеть. Довольно долго жду такси, переминаясь с ноги на ногу. Потом еду в бар неподалеку от моего дома, беру себе бокал красного сухого вина и некоторое время сижу одна за барной стойкой. Домой идти не хочется, я снова начну реветь. Как сказать родителям — понятия не имею.
Они не верят, что нас осознанно травят. Дескать, у всех бывают неприятности. Нельзя срываться с места при первых трудностях. Мне придется уговорить их уехать из этого города как можно скорее. Скинуть цену на дом и бежать.
— Лада, привет, — на стул рядом опускается тяжелая фигура.
Я напрягаюсь всем телом, когда понимаю, кто это. Сжимаю бокал так, что еще чуть-чуть, и, клянусь, стекло треснет в моей руке. Но посуду портить нельзя, потому что урон придется возмещать.
