Я тебя ждала (СИ)

- Но? – Тон его слов был такой, что это «но» напрашивалось само собой.

- Простите, светлая леди? – Удивленно в мою сторону посмотрели не только бдящий и отец Арины, но и молодой Хранитель Разума, вышедший из-за ширмы, услышав наши голоса.

- Но почему девочка до сих пор спит? Мы же договаривались держать ее в спящем состоянии восемь – десять часов, а сейчас прошло намного больше времени.

Старший воин Эдук от моих слов поник еще больше и только стал  аккуратно поглаживать замотанные руки дочери.

- Дело в том, - стал разъяснять Хранитель, - что девушка неадекватна.

Стоит ее разбудить, как она начинает кричать непонятные слова и плакать. При этом пытается содрать повязки и сползти с кровати. Жаль вы помешали выпилингу, своим вмешательством вы только продлили ее  муки."

"Эти серые все валят в одну кучу. Я же в поведении девочки ничего,  свидетельствующего о безумии не заметила. Раз она не чувствует боли, то неудивительно, что, не зная о серьезности своих ран, хочет снять повязки. При таком отекшем лице она вряд ли может внятно говорить, а если она говорит что-то важное для нее, и ее не понимают… Слезы тут нормальная реакция.

Но так, похоже, думала только я, отец уже ничего хорошего не ждал. И бдящий Корн начал меня разочаровывать:

- Юная Эдук слишком эмоциональна, это может вызвать нежелательные последствия.

Хотела сказать, что все они сами являются нежелательными последствиями  для Вселенной, но не стала умничать, пока не услышу подтверждения своим мыслям.

- Бдящий, сделайте что-нибудь, чтоб Арина пришла в сознание.

  А сами вместе с ее отцом и Хранителем  спрячьтесь за ширму, не мешайте мне поговорить с девочкой, - и, что странно, никто мне возражать не стал, даже Хранитель молча прошел со всеми за ширму.

Я встала возле кровати, на которой уже заворочалась Арина, и, предупреждая ее обычное пробуждение с плачем,  заговорила:

- Арина, просыпайся быстрее. Мне нужно поговорить с тобой. – Она посмотрела в мою сторону, приоткрыв один глаз. – Ты, наверно, узнала меня, я Безва Котовара…

Не дав мне договорить, она дернулась, засуетилась, попыталась сесть на кровати.

Тут я добавила больше жесткости в голос, и заговорила строго, чтоб не оставить ей и шанса на непослушание:

- Успокойся и отвечай на вопросы. Своими истериками ты провоцируешь Хранителей на жесткие меры. – Странно, но этот тон светлой леди на всех действует должным образом.

Раненая хрипловатым голосом невнятно проговорила:

- Арон… - Но метаться  она перестала, и паника из взгляда исчезла.