Я тебя ждала (СИ)

Безва   молча закатала правый рукав платья и подошла к мужу. Он также молча обхватил ее открытый локоть левой рукой, а указательным пальцем правой обвёл кругом  место на сантиметр выше локтя, сперва  полукружие спереди, потом внутреннее. На этом месте проявилась красная мерцающая нить, как будто протянутая под кожей. И он стал пальцем рисовать над ней знаки.

Безва не могла стоять спокойно, притоптывала ногами, взгляд ее бегал по стенам и предметам  мебели, она отрывисто дышала, и казалось, что сейчас накричит на мужа, чтоб он поторопился.

Но в магию подобного свойства категорически нельзя вмешиваться, так как она влияет  не только на плоть, но и на ментальное здоровье.

- Не получается, - Дэнил отпустил ее руку."

"- Как не получается, пробуй еще раз, - она все еще сдерживалась, не срывалась на крик и недостойные светлой леди слезы.

- Я набирал трижды. – Дэнил посмотрел на тестя. -Формула точно та, что вы использовали?

Старый герцог Котоварский не мог ошибиться в формуле, именно ее он использовал четырежды для жены.

Но от догадки, почему безотказная формула сейчас дала сбой, у него на мгновение остановилось сердце. Отрицательно качнув головой, он выглянул за дверь, и велел отирающимся там  слугам позвать бдящего Корна.

Пока бдящий с Безвой находились в кабинете одни, герцоги Котоварские, стояли в обезлюдевшем коридоре, ни одно слово, ни громкий вдох или выдох - ничто не нарушало мёртвой давящей тишины. Дверь раскрылась с оглушающим скрипом, бдящий Корн, возле открытой двери сказал:

- Магия хранит младенца,- ритуальная фраза, означающая, что плоду, в чреве матери, более сорока дней.

Ребенок – маг, только магически одаренного, даже еще не рожденного, ребенка называли младенцем. Отныне никто не может влиять на ребенка, узнать его пол, уровень магии, количество детей, точный возраст.  И избавиться от него невозможно, не погубив при этом и мать.  До сорока дней, пока в плоде нет души и спит магия, он беззащитен, но после месяца и трети месяца отмеченный даром младенец оберегается своей силой.

- Нет! – С комнаты выскочила Безва.- Нет!!! Ненавижу вас всех! Чтоб вы сдохли! Все! Горите в аду! Всех вас ненавижу!

Она убежала в свою комнату, а мужчинам, еще долго стоявшим в коридоре, казалось,  что эхо снова и снова повторяет ее слова. Каждый раз упрекая в жестокости и предрекая скорую кару.

Разговор двоих, о котором никто не узнал.

Безва сидела на бетонном полу в углу своей комнаты.