— Вау, красавчик, — прерывает наши гляделки голос Светки, — Мы, случайно, не встречались раньше?
Поворачиваю голову в ее сторону и просто замираю, увидев своего недавнего знакомого, что не сводит с меня своих глаз. И с моего мужа тоже.
— Витек, отвали от нее. — обращается он к нему, и осознание того, что они знакомы, немного шокирует. И в то же время, когда я понимаю, что он пришел спасти меня из лап чудовища, на моих губах невольно расползается благодарная улыбка. Это не остается без внимания.
Соколовский с диким рыком разворачивается к парню, но перед этим я успеваю поймать его взбешенный взгляд, когда он увидел мою улыбку.
Это заставило ее исчезнуть, но вот точно не остановило моего мужа.
— Свали нахер отсюда. По-хорошему прошу. — убийственно спокойным голосом обращается к Давиду, но лично меня это очень пугает. Мурашки бегут по спине, заставляя дрожать.
— А иначе что? — тут же реагирует тот, вставая в стойку.
Я понимаю, что если сейчас не вмешаюсь, это все закончится не очень хорошо.
— Успокойтесь.
— встаю между ними, смотря то на одного, то на другого.
— Крис, встань за меня и не высовывайся. — велит мне Соколовский, хватая за руку и дергая на себя. — И не смей вмешиваться.
Вырываюсь, хоть и не совсем удачно. Моя рука все еще находится во власти мужа, но это не мешает мне обернуться к другому.
— Давид, пожалуйста… — это все, что я успеваю сказать, прежде чем Виктор снова притягивает меня к себе. Его глаза пылают от злости, кажется, что еще немного, и я труп. Никогда прежде я таким его не видела.
Ни одна моя выходка не доводила его до такого состояния.
— Встань. За. Меня. — он не просит, он приказывает. И не подчиниться невозможно. — Высунешься — пожалеешь!
На дрожащих ногах делаю то, что он велит, не в силах противостоять. Это не тот случай, когда можно ослушаться, или даже попытаться. На мгновение, перед тем как опустить голову вниз, ловлю на себе взгляд Давида. Мысленно я умоляю его уйти, не связываться с этим ненормальным. И, кажется, это работает.
— Лан, Сокол, не кипишуй. — протягивает руку моему мужу, и тот ее пожимает. — Позже свидимся. Но… — это “но” заставляет меня вздрогнуть, и не зря. — Обидишь ее — пожалеешь.
— Со своей женой я разберусь как-нибудь сам. — в его голосе я слышу сталь. — А вот тебе следует тщательнее выбирать объекты вожделения. — дергает Давида за руку, заставляя его наклониться, и тихо добавляет, но я услышала. — Иначе можно остаться без яиц.
— Это угроза?
— Предупреждение.
