Have you ever seen a penis? (Ты когда-нибудь видела член?)
Хорошо, что на столе нет ничего тяжелого и воспламеняющегося.
— Of course. (Конечно)
— Not mine. (Не мой)
— Of course, — ничуть не задумываясь вновь повторяет Настя.
— Not the penis of a neighbor in a lake or a maniac. (Не пенис соседа в озере или маньяка)
— Of course, — улыбаясь произносит эта маленькая бестия. Ну врет же.
— Will you give me a massage? (Сделаешь мне массаж?)
— Of course, no. The lesson is over. (Конечно, нет. Урок закончен).
— Да, пора сворачиваться.
Мы немного засиделись.
— Ага. Может, ты уберешь с моей коленки руку и перестанешь так на меня смотреть?
Если бы не Настины слова, я бы и не понял, что моя рука покоится на ее ноге.
— Извини, руки после болезни живут своей жизнью. Кстати, на носу новый год. Ты не хочешь поставить и нарядить елку?
Не знаю, кто из нас больше удивлен я или Настя. Она и про мою руку забыла. По глазам вижу, шок сменяется на радость. Хочет елку. К гадалке не ходи.
Проблема в том, что у меня нет этого пылесборника, не говоря уже об игрушках.
Надо, Федя, надо.
— Хочу, конечно. Только живую.
Твою мать. Еще лучше. От искусственной просто пыль. А тут еще и иголки по всему дому.
— Давай закажем. Завтра уже привезут.
— В смысле закажем? За деньги?
— Естественно. А за что еще?
— Ты белены объелся? Сами срежем за бесплатно.
— Это противозаконно.
— Ой, я тебя умоляю, а то, что они срубают елки и потом их продают законно? Лес общий. А если ты не умеешь пилить дерево, так и скажи. Я сама с Русланом сделаю.
Эти долбаные малолетки меня точно доведут до могилы раньше времени.
— Одевайся теплее. На улице мороз.
— Мы что сейчас поедем?
— Нет, блин, утром, когда светло.
— Но ты еще не выздоровел.
Тем лучше для меня. Ибо полностью здоровым я бы не объяснил свой придурочный поступок.
— Выздоровел.
* * *Остановите землю, я сойду. В восемь вечера Даровский отвозит нас в лес. Ну никак он у меня не вяжется с мужиком, рубящим елку. Но он подошел к этому максимально ответственно. Взял веревку, пилу и садовую тачку.
Выглядит максимально сосредоточенным. Не умничает, не бухтит, когда мы ищем приглянувшуюся мне ель.
Внутри себя я выплясываю ламбаду, осознавая, что он делает это для меня. Ему на фиг не сдалась елка. Да и не было ее никогда в их доме. Я это точно знаю, учитывая, что спрашивала на днях Руслана о новогодних украшениях. И все-таки права Эля. Игнор и равнодушие — лучшее средство. Пусть попотеет. И не только с елкой.
— Мне кажется, она большая.
