Соболев оборвал мой телефон, и когда я вышел из салона и перезвонил ему, то получил приглашение на встречу со своими бывшими друзьями этим вечером…
И теперь, когда наблюдаю за их суетой и слушаю их нелепые предложения, во мне с удвоенной силой закипает раздражение.
— Ну а ты, Сокол? — перевожу взгляд на Игната. — Сам говорил, что виноват перед сестрой. Лил слёзы о том, как сожалеешь, что был ей хреновым братом. Так стань, блядь, хорошим! Позволь мне забрать её!
— Ты думаешь, что сможешь спрятать её от нашего отца? — он насмешливо вскидывает одну бровь и скрещивает руки на груди.
— Да наш папашка из принципа её найдёт! Может, ему и плевать на отпрысков, но вот на задетое самолюбие — точно нет!
— Не найдёт! — отрезаю.
— Ты нихрена не изменился, Ян! — подавшись ко мне, рычит Игнат. — Всё так же глуп в своей самоуверенности!
— Да кто бы говорил! — тоже подаюсь вперёд, и вот мы уже сверлим друг друга недобрыми взглядами.
Как, блядь, два петуха! Ведём себя так, словно и не было этой пропасти в четыре года.
Правда, раньше мы ругались без особой злобы. А сейчас явно злимся, потому что каждому из нас есть, что терять!
— Заканчивайте! — вклинивается Соболев. — И заткнитесь! — окидывает грозным взглядом нас обоих.
— Как скажешь… мамочка, — хмыкнув, откидываюсь на спинку стула.
Мы расположились за столом его кухни. И уже битый час не можем ни о чём договориться. Соболев настаивает на том, чтобы самим идти к Соколову-старшему. Тот в первую очередь бизнесмен, и с ним наверняка можно договориться. Возможно, его месть за то, к чему мы все приложили руки, будет не так сурова?
Игнат, конечно, не согласен.
Считая своего отца циничным ублюдком, буквально насмехается над предложением Соболева. Сам Игнат предлагает урегулировать вопрос именно с Куприным. И я склонен его поддержать, хотя и пообещал Вике, что не буду этого делать. Однако моя ярость клокочет в горле, и мне с каждым часом, проведённым вдали от неё, всё сложнее сдерживаться.
Из нас четверых лишь Алиев ничего не предлагает. Наш боксёр, как и всегда, молчалив и задумчив.
А когда услышал мои слова о том, что Куприн обижает Вику, совсем закрылся.
Хоть Вика и отрицала всё, я же не дурак…
— Блядь, да не пойдёт Куприн к моему отцу! — вновь заводится Игнат, взъерошивая волосы на макушке. — Нахрена ему это? Он просто пугает Вику. Пытается манипулировать ею!
— Если ты готов проверить, то я могу это устроить, — бросаю с издёвкой. — Заберу Вику, а ты потом мне расскажешь, как быстро к тебе примчал отец.
