К счастью, она заканчивает со стрижкой и освобождает меня, резко сорвав накидку.
— По оплате — туда, — говорит уже без флирта, кивнув на администратора. — На чай — лично мне. За то, что приняла без записи. Ну и за приятную беседу — тоже!
Вот как?.. Пиздец!
Достаю бумажник, выдёргиваю купюру и, зажав её двумя пальцами, протягиваю девушке. Я могу себе это позволить, но такой дерзостью ошеломлён.
— Запишись в кружок хороших манер. Пока не поздно, — бросаю с ухмылкой.
Неожиданно между нами вырастает сама хозяйка салона и, отпихнув мою руку с деньгами, тихо шипит Маше:
— Иди в мой кабинет.
Повернувшись ко мне лицом, вновь выглядит робкой и потерянной. И выдыхает, теряя голос:
— Мы… приносим свои извинения. Чаевые у нас только по желанию клиента…
— Да нормально всё, — протягиваю деньги Вике. — Пусть возьмёт!
Куприна смотрит на них так, словно они заразные. Но дело, конечно, в номинале… В моей невиданной щедрости. Бросив сухое «Извините», Вика покидает зал. Маша тоже успела уже испариться, и я остаюсь один.
В одной руке всё ещё держу деньги, второй провожу по коротким волосам, остро ощущая растерянность. И начинаю закипать…
Почему такое пренебрежение, мать вашу? Я как-то не так выгляжу? Рожей не вышел? И почему во взгляде Куприной я уже не впервые читаю разочарование? Оно едва уловимо, и его можно перепутать со страхом. Но всё же это — разочарование!
Посмотрев на себя в зеркало, не вижу ничего нового. Даже волосы стали короче всего на несколько миллиметров. Прохожу в холл и отдаю чёртовы деньги администратору.
— Этого хватит?
— Более чем, — нервно отвечает девушка, пугливо поглядывая на дверь за моей спиной."
"Нахрен я пришёл? Эта меня боится! Вторая приглашает трахнуть себя за небольшую плату! А Куприна относится ко мне как к прокажённому! И к моим деньгам тоже! Обижается за то, что напугал её вчера? Фифа не привыкла к тому, что мужики могут быть грубыми? А некоторые даже опасными? Или хирург гладит её лишь по шёрстке?
Блядь…
Резко развернувшись, покидаю салон. Сажусь в тачку, завожу мотор и резво сдаю назад.
Выезжаю на дорогу и, крутанув руль, разворачиваюсь с визгом шин.
Мне требуется несколько секунд, чтобы успокоиться. Теперь — лишь несколько секунд… И когда приступ злости сходит на нет, я осознаю очевидные вещи. Во-первых, уже почти восемь, а значит, Вика скоро выйдет из салона. Во-вторых, её преследователь уже на месте — притаился на противоположной стороне дороги в неприметной старой иномарке с заляпанными грязью номерами.
