– Так чем я могу помочь? – спрашивает она. – Что нужно сделать? Давайте все распределим.
«Давайте распределим» – любимое выражение Ханны. Поручите ей любое дело, от отчета до мытья головы, и она живо разнесет его на этапы. Ее список дел на Рождество включает 926 пунктов, от заказа оберточной бумаги до дня вручения подарков.
– Мы прекрасно справимся, дорогая, – с нежностью говорит мама. Однажды Ханна подарила ей на день рождения разноцветный органайзер, и теперь она рисует в нем каракули, болтая по телефону. Мама систематизировать не любит.
В магазине она ведет тетрадку в твердом переплете, полную только ей понятных записей, типа «Вилки – 68» или «Грег?».
В дверь звонят, и у меня сводит желудок. А если это… А вдруг…
– Я открою! – выпаливаю я. Мама с Ханной переглядываются, но мне все равно. Я бегу вниз, едва не слетая с каблуков, и прокручиваю, что скажу.
Привет, Райан.
А, это ты, Райан.
Привет тебе, путник.
Но у самого порога сердце обрывается. Сквозь матовое стекло видна седая шевелюра, и стоит мне отворить дверь, как раздается ворчливый скрипучий голос:
– Да поживее давай, нечего держать меня на пороге!
Великолепно.
Это дядюшка Нед.
Через час Райана все еще нет и в помине, а дядюшку Неда впору прирезать.
Мне всегда хочется его пристукнуть, на каждом семейном сборище. Вместо этого приходится вежливо ему улыбаться, потому что он папин брат и единственный, кто остался из родни по той линии. К тому же мама переживает, когда мы на него наезжаем.
Мы сидим в гостиной. Маминых друзей собралась целая толпа, и все беззаботно болтают.
Играет музыка, все уплетают колбасные рулетики, и в воздухе висит сигаретный дым: мама никогда не заморачивается просьбами курить на улице. Папа всегда курил дома, и хотя мама сама никотином не балуется, в других едва ли это не поощряет.
– В магазине все хорошо? – спрашивает дядюшка Нед.
– Неплохо. – Мама бросает на него взгляд поверх бокала шампанского. – Весьма неплохо.
– Ничего удивительного, – заявляет дядюшка Нед. – Майк был настоящим мастером во всем, за что ни брался.
Он тебя на всю жизнь обеспечил, Джоанна.
– Так и было, – кивает мама с нежной задумчивостью во взгляде. – Он продолжает жить в своем магазине, я так считаю.
– У него деловая хватка была, – растолковывает дядюшка Нед маминой подруге Пиппе, хотя та в магазинах разбирается не меньше его. – Он знал, что нужно людям, понимаете? Вот голова была! Джоанне только и остается, что продолжать в том же духе.
Во мне все кипит.
