Я твой монстр. Книга 2

Его вкус я знала, и такое ни с чем ни спутаешь! В основе был женьшень, но действующим веществом являлся вовсе не он – пираты всегда играли жестко, но, как оказалось, до императора Ятори им было далеко!

– У меня аллергия на два компонента из тех шестнадцати, что вы в меня только что влили, – предельно ровным тоном сообщила я.

Облизнула сухие, начинающие наливаться нездоровой опухолью губы и продолжила:

– Пятнадцать капель? Если я верно определила средство, меня убьют и пять.

В следующее мгновение император наглядно подтвердил, что заканчивал Камуку, быстро, жестко и уверенно занявшись мной.

Рвало меня долго и основательно, несколько инъекций антигистаминного средства слегка улучшили мое состояние, но обезвоживание все равно вышло зверское.

Несколько раз я теряла сознание, приходила в себя, захлебываясь под ледяным душем и неизменно ощущая на себе руки императора.

* * *Вязкая муть интоксикации отступила на рассвете не знаю какого дня.

Я открыла глаза и посмотрела на поднимающееся солнце. На мне была только белоснежная простыня, зато матрас мне достался поистине царский. В том смысле, что императорских кровей.

– Маари, как ты? – уже без издевательского тона, заметно взволнованно спросил император.

К сожалению, не сдохла.

К моему огромному сожалению.

– Глупый мотылек, ты меня чуть с ума не свела, – прошипел Изаму и, рывком поднявшись с кресла на террасе, унес меня в спальню.

Судя по отделке – свою.

Несколько глотков травяного чая, и я снова провалилась в небытие.

Я не хотела оттуда выныривать. Не хотела… Я вообще ничего не хотела. Но меня, к сожалению, никто не спрашивал.

* * *– Госпожа! Госпожа Мари, вам нужно выпить чай.

Настойчивый девичий голос звал меня уже несколько минут как, и я даже уже почти проснулась, но совершенно не хотела реагировать.

– Госпожа, пожалуйста, иначе император накажет меня! – В испуганном голосе отчетливо ощущались подступающие слезы.

Я медленно открыла глаза.

Все та же трижды проклятая дерсенгами спальня. Минимализм, черное дерево низкой кровати, черный деревянный столик для чаепитий у выхода на террасу, черная ветка на стене в качестве единственной декорации.