Я твой монстр. Книга 2

И, шагая по коридорам, стуча тяжелыми военными ботинками, я на ходу собирала волосы в пучок, чтобы придать себе чуть более солидный вид. Одежда, в принципе, соответствовала моему положению – черное спортивное белье, черная майка, широкие военные брюки, объемная военная куртка поверх. Мне нужно было максимально обозначить свой статус, а не половую принадлежность.

Но когда я вошла в кабинет генерала Энекса, поняла, что попытки прикрыть все что можно и демонстрация лица без косметики меня не спасут.

Интерес, сексуальный интерес женщина с моим опытом определяет сразу.

Мужчин, даже обычных, всегда выдает некоторая скрытая агрессия. Схватить и утащить то, что понравилось, – это инстинкт. Но если у нормальных мужчин сексуальный интерес не столь демонстративен, то с военными все иначе.

Я вошла в кабинет генерала, и в мою сторону повернулись все присутствующие – два десятка сильных, тренированных, властных, загорелых, агрессивных мужиков.

Честно говоря, появилось желание сделать шаг назад, выйти в коридор, закрыть двери, а потом взять флайт и улететь, к дерсенгам, с этой планеты, потому что… именно сейчас я вдруг четко осознала, что работаю одна.

Нет команды.

Нет Слепого и Полудохлого.

Некому меня прикрыть, абсолютно некому."

"Но желание скрыться и вообще свалить тоже было инстинктом. Древнейшим, давно впечавшимся в подсознание инстинктом. Потому что сексуальный интерес и агрессия у наемников очень часто идут рука об руку, и у меня мороз прошелся по коже, когда я ощутила на себе десятки голодных взглядов.

Голодных пожирающих взглядов. И я словно увидела себя со стороны – маленькую, хрупкую, с влажными, кое-как собранными волосами, беззащитную, с недозастегнутой молнией на куртке и потому выставившую напоказ шею. Мать его, их желание, их откровенное сексуальное желание не ощутить было невозможно.

И большая часть из сидевших за столом присутствующих несколько изменила положение, будто из-за проблем, возникших ниже пояса. Вот только я сильно сомневаюсь, что у них реально там что-то вдруг начало мешать настолько, насколько мне пытались продемонстрировать.

Короче, мужики начали с азартом играть в известную старую, как мир, игру типа «О, детка, мне есть чем тебя удивить».

Большая часть мужиков.

Но меня напрягли не они.

В кабинете генерала сидели двое не пойми с какими нашивками. Они отличались от остальных. Не знаю чем, но отличались. Оба смотрели мне в глаза, в отличие от остальных.