Я твой монстр. Книга 2

Самое обидное – недосыпала я в основном из-за него, это ему хватало пяти часов сна, мне требовалось восемь-десять, и он беззастенчиво воспользовался этим, увеличив штат прислуги на двух нянь и гувернантку. Это не то чтобы оставило меня совсем без занятий – когда дети становятся смыслом жизни, все свое время хочется посвящать им, но возможность отдохнуть в любое время оказалась замечательной, даже если засыпаешь с детьми в манеже, обнимая обоих.

Правда, сегодня обеденный сон я пропустила. Впрочем, вчера тоже.

– Дыхание мое, я скучал.

То, что премьер-министр в гневе, постороннему определить было бы проблематично, но я слишком хорошо знала своего монстра. Движения чуть резче обычного, тяжелый немигающий взгляд, тон, от которого становилось не по себе, и пиджак, небрежно брошенный у двери.

– Готовься к бессонной ночи, Кей! – хрипло произнес он, кажется собираясь проигнорировать ужин, который слуги внесли, но вот накрыть стол побоялись.

Монстр мой всепугающий.

– Накрывайте, пожалуйста, – попросила я.

И кто-то понял, что имеет смысл готовиться к жесткому сопротивлению.

Ссориться при слугах было ниже его достоинства, а потому, пока расставляли наш ужин, Чи стоял, сложив руки на груди, и прожигал меня взглядом, в котором ртутью растекалась ярость. Интересно, насколько конкретно он в курсе?

И когда слуги торопливо нас покинули и даже предусмотрительно закрыли двери, Адзауро вкрадчиво произнес:

– Милая, ты же не думала, что я не узнаю?

Если честно – думала.

– Милый, ты же не думал, что дом и дети будут единственным, чем я буду заниматься всю оставшуюся жизнь?

– Если честно – думал, – прямо сказал он, мрачно глядя на меня.

Развела руками, демонстрируя, что зря он так думал. И я тоже зря. И вообще думать не очень полезно, как оказалось.

– Кей… – Чи сделал плавный шаг, и в одном этом движении было столько угрозы, что у меня появилось желание подскочить, рвануть до окна, перепрыгнуть через подоконник и умотать подальше отсюда, пока мой монстр не успокоится.

Хотя кого я обманываю – перехватит еще в попытке дорваться до окна и дорвется уже до меня, а потом оторвется, и оторвется по полной, основательно, до самого рассвета, и в целом…

– Давай мы просто мирно обсудим это за ужином, – предложила я.

– Давай, – прошептал он, медленно опускаясь на колени перед вжавшейся в подушки мной.