Передача выходит. Вот и все."
"Оксана Бондаренко свое дело знала отлично. Долгие беседы с будущим гостем программы были нужны для того, чтобы выявить самые сильные его стороны, нащупать те проблемы и вопросы, обсуждая которые он высказывает наиболее интересные взгляды и суждения. Она даже одежду помогала выбирать, чтобы гость смотрелся на экране как можно лучше. Когда Оксаны не стало, готовить передачи стало некому. Можно было бы через очень короткое время найти такого же толкового и расторопного корреспондента и вернуться к былой практике, но Уланов с той поры работает только в прямом эфире.
О чем это говорит? О том, что он не знает, где и как искать таких гостей, за спиной у которых стоят богатые спонсоры. Совершенно очевидно, что этим занимался директор программы Виктор Андреев, и с его смертью милое вымогательство прекратилось…
– Действительно, милое, – покачал головой Гордеев. – Можно предполагать, что Андреева и Бондаренко как раз из-за этого и убили. То ли запрашиваемая сумма возмутила гостя и его благодетелей, то ли телевизионщики надули кого-нибудь, деньги взяли за эфир, а передачу не показали.
– Могло быть и по-другому, – заметила Настя. – Ход переговоров был таким сложным, напряженным и наполненным взаимными оскорблениями, что команда Андреева – Уланова, взяв деньги, перемонтировала пленку, убрав самые удачные куски и оставив самые плохие. Как вам такая версия?
– Ну, деточка, это несерьезно. Это уж просто детский сад какой-то, мелкое злобное хулиганство.
Хотя как знать… На этом свете все бывает. Надо срочно раздобыть кассеты с программами, которые пошли в эфир в последние полгода. Скажи Мише, пусть займется. Посмотрим, нет ли хоть одной такой передачи. И вот еще что, Настасья…
Гордеев умолк и уставился взглядом в окно. То, о чем он собрался поговорить с Настей, ему самому не нравилось, но сказать все равно надо.
– Да, Виктор Алексеевич? – полувопросительно сказала она.
– Гмыря просит забрать из бригады Игоря Лесникова.
Не могут они найти друг с другом общий язык. Ты не знаешь, в чем там дело?
– Игорю не нравится Гмыря, вот и все, – она пожала плечами. – Обычное дело, когда оперативнику вдруг начинает не нравиться какой-нибудь следователь или наоборот. Мне тоже, если вы помните, Костя Ольшанский долгое время не нравился, потом притерлись и даже подружились. Ничего особенного.
– Гмыря утверждает, что Лесников ему не верит и за каждым словом ищет второе дно.
