"
"– Понятно, – констатировал Алексей, правильно истолковав возникшую паузу, – значит, забыла. Позвони, пока еще не очень поздно, они дома, я с ними полчаса назад разговаривал.
– Прости, Лешенька, я совсем голову потеряла, – пробормотала она. – Я тебя поздравляю, солнышко. Или ты считаешь, что уже не с чем?
– Не говори глупости. Я очень тебя люблю. Но любить человека и уметь жить с ним бок о бок – это не одно и то же, и ты лучше меня это понимаешь.
– Ты не хочешь больше со мной жить?
– Это ты не хочешь.
Или не можешь.
– Я могу с тобой жить. И хочу. Пожалуйста, возвращайся, когда с папой все уляжется. Вернешься?
– Куда ж я денусь, – усмехнулся Чистяков. – Правда, не обещаю, что это будет скоро.
– Я подожду. Ты только пообещай.
– Ладно, ложись спать, время позднее. Саше не забудь позвонить.
Конечно, она позвонит. Поздравит брата и его очаровательную жену Дашеньку, съест свой нехитрый бутерброд, примет душ и ляжет спать. Нельзя сказать, что в жизни все прекрасно, но наличие проблем и неприятностей – дело обычное и нормальное.
Лешка вернется. Это главное. А все остальное можно к этому прикладывать с разных сторон. Нужно уметь отделять в этой жизни главное от второстепенного, в этом и есть настоящая мудрость. И почему только она приходит к людям так поздно, когда уже сделаны все мыслимые и немыслимые ошибки и глупости?
* * *Владислав Стасов уже поужинал, придя с работы, и собирался улечься на диван перед телевизором, когда позвонила его первая жена, Маргарита.
Поговорив с ней, он начал быстро одеваться.
– Что случилось? – встревоженно спросила Татьяна, наблюдая за поспешными сборами мужа.
– Лилька чудит. Отвернулась к стене и плачет, а в чем дело – не говорит. Рита уже часа три с ней бьется, и никакого толку. Я поеду к ним.
– Конечно, – кивнула Татьяна, – поезжай.
Десятилетняя Лиля, дочь Стасова от первого брака, была спокойной и рассудительной девочкой, которая больше всего на свете любила читать, причем все без разбора, и почти никогда не плакала.
Истерика длительностью в три часа (если, конечно, Маргарита по обыкновению ничего не преувеличивала) была настолько для нее нехарактерна, что было чего испугаться. Опыт следственной работы подсказывал Татьяне, что речь может идти о самом неприятном: девочку напугал сексуальный маньяк, но она стесняется рассказывать об этом взрослым.
