Он наклонился к ней, стараясь не испачкаться в крови. Еще не слыша ее слов, он уже решил, что уйдет и не будет вызывать врачей. Какова бы ни была причина происшедшего, он не может позволить себе быть втянутым в следствие и в сомнительные отношения с сомнительной дамой-колдуньей.
– Имя… – шептала Инна в последнем усилии.
– Какое имя?
– Имя… В бумагах нет… Там другое… Они требовали имя… Помоги мне…
Больше она ничего не сказала, потеряла сознание. Борис Михайлович осмотрелся судорожно, пытаясь понять, не испачкался ли он и не оставил ли следов.
Потом на цыпочках вышел из квартиры и аккуратно притворил дверь. Раздался щелчок, дверь захлопнулась. Он не стал запирать замок на четыре оборота, сбежал по лестнице вниз и выскочил на улицу. Сделал глубокий вдох, стараясь выглядеть как обычный прохожий, замедлил шаг и направился к машине. Ключи тут же выбросил, сам не зная, зачем. Машинально хотел избавиться от всего, что связывало его с Инной."
"Дни шли, никто его не беспокоил. Он хорошо знал свою возлюбленную-помощницу, знал ее скрытность и нелюдимость и надеялся на то, что она никому об их отношениях не рассказывала.
Так оно, вероятнее всего, и было, потому что следствие до него не добралось. И он успокоился. Только потеря Инны его тревожила. Как он теперь без нее? Кто будет помогать ему искать «ключи» к душам пациентов? Без Инны он – ничто. И те пациенты, к которым он привык и которые привыкли к нему, скоро от него уйдут. Состоятельные люди, представители элиты, в том числе и политической, и, наверное, криминальной.
Очень «новые русские». Люди искусства. Как только два-три человека скажут где-нибудь, что ходят к Готовчицу уже три месяца, а толку никакого, – все. Репутация погибла. Надежда только на ту новую работу, о которой говорила одна пациентка. Она осталась очень им довольна и порекомендовала Готовчица какому-то большому начальнику в Министерстве внутренних дел. Там вроде бы его кандидатуру не отвергли и сейчас рассматривают. Борис Михайлович хорошо понимал, какого рода работа его ждет, если все сложится благополучно, и очень хотел ее получить.
Потому что та информация, которой он будет располагать, сделает его могущественным. Если нельзя властвовать над душами, потому что больше нет Инны, то он будет властвовать над умами.
И вдруг… Дверь его квартиры оказалась взломанной. И тоже ничего не пропало. И тоже явные следы того, что кто-то рылся в его бумагах. Его охватил ужас. Он слишком хорошо помнил, что именно так все началось для Инны.
