Я уже барон. Книга 2

— Саша… — заплетающимся языком сказал Белозеров. — А что вообще в мире… делается?

— Стабильности нет, — Есенин по-дружески обнял за шею старого знакомого, и они сели на диван. — Все хотят добывать маголит…

Все-таки даже для Белозерова пойло было чересчур крепким. Настоянное на метеоритных кристаллах, такую настойку нелегко было вывести из организма. Да он и не пытался.

— Вот еще китайцы все пытаются сделать стрелковое оружие, которое бы не клинило в метеорите…

— Удачи им! — хмыкнул Белозеров. — Но зачем? Любой сильный дальник даст фору снайперу.

Да и мощи им не занимать.

— Мне можешь не рассказывать, — кивнул Есенин. — Кстати, когда там у вас следующая Универсиада?"

"— Из-за прорыва сдвинулась на месяц. А что, хочешь посмотреть? — удивился Белозеров.

— Было бы время… Да и на брата бы глянуть одним глазком…

* * *Коридоры КИИМа.

— Лора, я очень хочу прикончить этого Трубецкого, весь род хочу прикончить! — во мне бушевала ненависть. Впервые я испытывал такую сильную неприязнь к одной единственной персоне.

Но и его сынок точно под стать отцу.

— Всему свое время, — успокаивала меня помощница. — А пока давай перекусим?

— Согласен, мне надо чем-то заесть нервы…

Ребята давно ушли в ресторан, хоть веселья в их глазах не наблюдалось. Пусть дети развлекаются, а мы займемся делами.

Приняв душ и переодевшись, я спустился в столовую.

— Предлагаю потом заглянуть в библиотеку, — сказала Лора. — Надо больше информации.

— Хорошо.

В столовой я пересекся с ребятами из взвода поддержки, с которыми мы пытались закрыть последний метеорит.

Каждый дружески кивнул мне.

Взяв несколько бутербродов и большую кружку кофе с молоком, я уселся недалеко от входа и приступил к еде.

Вечерело, и народу в столовой было немного. Все разошлись и отдыхали.

— Ля, ты посмотри, кто пожаловал! — радостно ткнула Лора мне за спину. — Туалетный утенок и команда!

И вправду, в столовую с громким хохотом ввалилась компания Вали с друзьями. Всего шестеро.

Они не сразу заметили меня, но скоро на меня начали указывать и громко гоготать.

Больше всех распускать пальцы любил какой-то хрен с короткой стрижкой и родинкой на носу. Не люблю, когда мне мешают есть. Подавив в себе вспышку гнева, я постарался не обращать внимание.

Но вся шестерка разом окружила мой стол.

— Ну что, Кузнецов, вкусно жрешь? Ты гляди, скоро баланду придется хлебать! — заржал Вадим.

— Что, Валя, позвал подружек? — усмехнулся я, не поднимая глаз.

— А ты все хорохоришься, а, Кузнецов? — сказал незнакомый мне парень.