— Ну если тебя это немного утешит, ты был бы для меня обузой.
— Хех, ну да, утешение так себе, — улыбнулся он.
— Все, ступай, готовься.
Я посмотрел на небо. Чистое. Куча звезд, хотя странно, что некоторые созвездия были другими.
— Что думаешь по поводу Трубецкого? — спросила Лора. — По большому счету, Марк будет рад возвращению отца.
— Да, я тоже так думаю. Но возобновится ли война с Бердышевыми? Все же они старые враги.
— Не возобновиться, — твердо сказала Лора. — И знаешь, почему?
— Кажется, да, — ухмыльнулся я.
— Хитро. Теперь не он глава рода, а Марк? Ты это имела в виду?
— Ага, — хихикнула Лора. — Парень не станет воевать. Он лишний раз будет благодарен за то, что ты вернул отца. Кто бы мог подумать, а? Что мы спасем и этого мудака тоже, и ради кого? Ради Марка.
Я подошел к Трубецкому. Оказалось, под досками спрятано несколько надувных лодок, которые он сейчас и доставал.
— Значит так, ты едешь с этими людьми, — начал я. — Твой сын будет только рад, если ты вернешься домой.
— Я в розыске, — не отвлекаясь от лодок, сказал бывший граф.
— Скажем так, — я присел рядом с ним и начал помогать. — У меня есть некоторые связи, которые помогут в разрешении этого вопроса.
Трубецкой посмотрел на меня и кивнул. Кажется, дела его в этой стране шли довольно хреново, раз он так быстро согласился. Хотя я его не винил. У него большую часть жизни было практически все. Деньги, влияние, а тут… Тут он помогает мигрантам нелегально пересечь границу. На надувных лодках. Хорошо хоть деньги зарабатывает.
Хотя и нелегально.
— Я дам денег, — сказал я.
— Как нам двигаться?
— Сейчас границы Валахии закрыты, так что единственное, что вы можете, это двигаться через Речь Посполитую. На границе вас встретят. Все понял?
— Да.
Мы спустили на воду четыре больших лодки.
— Тогда пожмем руки, — и я протянул ладонь.
Он неохотно пожал мне руку и захотел убрать, но я не отпустил.
— Все эти люди находятся под твоей защитой. Я тебе их доверяю, понял?
— Да, — он попробовал выдернуть руку, но не получилось, и он добавил энергии.
Но я держал крепко и подошел вплотную.
— Если я узнаю, что ты их кинул или обижал, или кто-то погиб… Поверь, на этот раз твой сын тебя не спасет.
— Да понял я.
Только тогда я разжал пальцы.
Еще час мы помогали людям зайти в лодки. И как же они были мне благодарны. Даже женщина, которую я доставал из полицейского участка, подошла, обняла и извинилась за свое глупое поведение.
— Что ж, Михаил, пора прощаться, — последним подошел Усен.
