Я вернусь

Я плакала, стучалась, звала и снова заливалась слезами, понимая, что ничего не могу сделать или изменить. А они проходили мимо, я слышала их разговор, они говорили обо мне, как они скучают, что мама обязательно к ним вернется.

После такого сна, ни о каких игрищах с Сайнуром не могло быть и речи, на душе было муторно и тоскливо. Единственное, на что меня хватило — это молча откинуть его руку и уйти в ванну, чтобы там успокоиться и привести мысли в порядок.

— Извини, Сайнур, — первое, что сказала я, выйдя из ванны. — Сон тяжелый снился.

Он сидел хмурый и полностью одетый, но, посмотрев мне в глаза, что-то там увидел и его взгляд немного потеплел.

— Бывает, — как ни в чем не бывало откликнулся он. — Завтракать идем, мы сегодня рано встали.

Я выглянула в окно, действительно, до полудня еще часа три, как быстро, оказывается, учишься определять время по положению солнца, когда нет часов под рукой.

— Просто ты рано сегодня проснулся, — согласилась с ним.

— Я и пришел раньше, чем в предыдущие дни.

— Может, расскажешь, куда ты ходил и что будет сегодня?

— А если скажу, был в борделе? Поверишь? — усмехнулся он, горькая такая усмешка у него была.

— Вряд ли, после посещения этого заведения с такими постными лицами не сидят, — улыбнулась я, глядя, как от изумления его брови поползли вверх. — Так что давай выкладывай планы на вечер.

— Прежде ответь на вопрос, ты бывала в борделях?

— Нет, конечно, я брезгливая. От мысли, что мужчина, возможно, менее часа назад ублажал кого-то еще, меня начинает тошнить.

— Э, что-то я запутался, там, откуда ты родом, в борделях работаю и мужчины? — с недоверием спросил он.

— Да, и ты имел бы грандиозный успех. Или ты не из-за этого интересуешься? — подначивала его. Зачем, не знаю, просто вырвалось. Тем более я сказала правду, женщинам нравится такой тип мужчин.

— Как сказать, — он мягко встал с кресла, сделал пару шагов и поймал меня в объятия. Медленно склонился надо мной, касаясь своим лбом моего, провел пальцами по щеке, прикоснулся к губам, вызывая приятную дрожь во всем теле.

— Пошли, поедим, что ли? — хлопнув при этом по мягкому месту, видимо для ускорения. Скотина, я к нему, понимаешь ли, со всей душой, точнее, телом, душу мою он пока не зацепил, а ему только пожрать.

— Родная, не надо делать такое зверское лицо, улыбнись, мы же молодожены, — издевательски ухмылялась эта мстительная гадина мужского пола.