Вон руки-ноги целы, ходит, говорит — значит всё с ним в порядке.
А с этим назойливым покалыванием за грудиной как-нибудь справлюсь.
— Мы ждали поездку. Ей и так тревожно. Я не стала вносить в её привычный мир ещё больше смуты.
— Мне кажется, это ты в свой мир не хочешь вносить смуту, — отвечает, попадая в яблочко. — Отель я твой отменил. Поедите в мою квартиру. Оттуда до клиники в два раза ближе, а во дворе есть и детская площадка, и все удобства рядом.
Открываю рот в возмущении и едва успеваю спохватиться, чтобы не наорать на Радича.
— Ты нормальный вообще? — шиплю, а у самой вся кровь к лицу от злости приливает. — Сначала билеты наши отменил, теперь отель! Тебе кто дал право распоряжаться нами?
— Я сам себе его дал, — отвечает спокойно и даже плечами пожимает, вроде как тут ничего необычного, чего это я вообще прицепилась.
А теперь мне уже не просто наорать на него хочется, мне жизненно необходимо стукнуть его чем-то тяжёлым.
— Вот знаешь, что?! Не поедем мы к тебе! Ещё чего. Не хочу я с тобой в одной квартире находиться.
— Успокойся, Адамовна, я у Марка остановлюсь или в отеле и Насте пока ничего не скажу, — я слишком уже надулась, чтобы резко сдуться и сдаться так-то, поэтому молчу в ответ. — Но вопросы и проблемы решаю я, усекла?
— Мы и без тебя…
— Василина!
— Хорошо! — рычу в ответ, прекрасно понимая, что он теперь не отстанет.
— Маячить сильно пока не буду, но ты мне всё сообщаешь: поездки в клинику, решение и выводы врача, проблемы, расходы. Всё, вплоть до необходимости заказать доставку продуктов или необходимых лекарств.
Если операцию или лечение назначат ближайшее время, оставайтесь и живите, сколько потребуется. Всё понятно?
— Понятно, — уже скорее огрызаюсь.
Да, возмущение клокочет в горле. Я не привыкла, что кто-то решает мои вопросы и проблемы. Наши с Настей. Конечно, всегда на подхвате были сестра и её муж, но я никогда не доводила до того, чтобы приходилось к ним обращаться. Просто знала о такой возможности, а так тянула всегда сама. Зарабатывала, занималась с Настей реабилитацией, искала нужных специалистов.
Везде одна.
Трудно было, конечно. Но никто мне и не обязан был помогать, что-то делать.
А сейчас я вдруг зависла и не пойму, как реагировать.
Но странное дело. Вот это состояние тревоги, когда “а вдруг я не справлюсь, а вдруг не потяну, не получится”, которое всегда заставляло меня продумывать несколько вариантов, иметь запасные решения, это чувство вдруг… притихло. Примолкло как-то, сбавив обороты.
