– Останови вот здесь, – сказал Варяг и, расплатившись с шофером, вышел из машины.
Варяг не сразу зашел в подъезд. Раскурил сигарету. Осмотрелся. Вокруг никого.
Подруга Светланы жила на втором этаже, сразу направо. Варяг поднялся и, поколебавшись секунду, нажал на звонок. Долго никто не отзывался, а потом из-за двери раздался встревоженный голос:
– Вам кого?
Это была Света. Она разглядывала его в глазок и не узнавала.
– Откройте, пожалуйста… я от Владислава.
И тут до Варяга дошло, что он изменился не только внешне, другим стал даже голос.
Он почти физически почувствовал то замешательство, которое сейчас происходило за дверью. Прошло тридцать секунд, минута, и дверь нехотя распахнулась.
Перед ним стояла Света. Именно такой он увидел ее тогда в вагоне, такая же роскошная и красивая.
– Вы от Владика? Что он хотел передать?
– Может быть, в комнату пройдем? – улыбнулся Варяг.
Он вдруг почувствовал к себе неприязнь за то, что произошло в ресторане. Таким женщинам не изменяют, влюбившись однажды, берегут всю жизнь.
"
"Варяг заметил в ее лице оттенок легкого замешательства. Может, она догадалась, кто перед ней стоит? Но уже в следующую секунду Светлана приветливо произнесла:
– Проходите, – и, когда Варяг перешагнул порог, она внимательно посмотрела на гостя. – Вы что-то хотели передать от него? Письмо?
Выходит, не шутил Ангел, когда сказал, что теперь его родная мать не узнает.
– Ты меня не узнаешь?
– Простите… нет. Мы с вами не встречались.
– Я же Владик, Светка. Да всмотрись ты в меня получше.
Или я так безнадежно сдал за эти месяцы, что сам на себя перестал быть похож?
– Господи! Что же они с тобой сделали! – совсем по-деревенски всплеснула руками Светка и уже в следующее мгновение бросилась к нему на шею. – А я-то, как увидела тебя, сразу подумала, что больно на Владика похож. И на руки твои посмотрела: ладони вроде бы твои… – она вытирала льющиеся потоком слезы о колючие щеки Варяга, – только пальцы белые… Ну пойдем в комнату, чего в коридоре стоять, да и дверь прикрыть надо.
Она была такой соблазнительной, что Варягу до дрожи вдруг захотелось взять ее здесь же, в тесном коридорчике, как когда-то там, в вагоне. И она, словно почувствовав в нем желание, прижалась еще теснее. Чего не хватало, так это слов: «Ну бери меня! Бери! Я вся твоя!»
– Ты ведь меня напугал очень, когда позвонил. Сказал, чтобы я уезжала со своей квартиры, а ведь я даже родителей не предупредила. Они, наверное, с ума сходят, – лепетала Светка наивно.
