Я все еще царь. Книга XXXI

— Это как… — он даже сразу не понял, что произошло.

— Я же говорил, мозг — очень интересный орган. Может делать причудливые видения… — это последнее, что услышал Августин, ищейка Гоголя.

* * *Кажется, до меня только сейчас начали доходить слова Толстого по поводу того, что я могу не волноваться за других. Только что собственными глазами видел, как Онегин просто пошел навстречу магам, и без особого сопротивления всех убил. Удивительное зрелище.

— Я скопировала, — сказала Лора. — Но не уверена, что у нас получится это повторить…

Мы приближались к следующему залу.

После того, как мне стали известны все тайны лабиринта, наша скорость увеличилась в разы. Но все еще я немного переживал за Антона и Данилу.

К слову, как раз последний сейчас чувствовал себя лучше всех. Перед ним был пустой проход, и через несколько сотен метров они с Антоном должны встретиться.

Переключившись на Федора, быстро вернулся обратно к Антону. Наблюдать за тем, как он запихивает последнюю банку с вареньем одному из магов в…

В общем, я переключился.

— Удивительно, что пока больше всего врагов попалось Федору, — произнес я вслух.

— Он парень такой, везучий. Его же сложно отследить. Но он… У него как будто чуйка на энергию, — пояснил Толстой.

Наконец, мы вышли в очередной зал. Судя по данным от Лоры и конечной точке, мы преодолели чуть меньше четверти пути. Конечно, это удручало, но обратно идти было бессмысленно.

Я положил руку на плиту и подключился к лабиринту.

У меня, как будто, появились глаза над этим огромным строением.

— Скоро мы встретим Онегина, — сказал я. — Антон и Данила уже встретились. Федор… Если я правильно понял, он появится ближе к выходу. И то, если он пойдет в нужном направлении.

— И как мы это сделаем? — произнес Толстой.

— Так у него же есть деталька…

Лора сказала, что займется его маршрутом, и на этом я вернулся обратно.

— Как удачно я с тобой остался, — улыбнулся Толстой. — Сейчас бы бродил один где-то там, в тишине… Скукотища!

Меня же волновал другой момент. Буквально минуту назад кто-то зашел в лабиринт.

Но вот что забавно, Гоголя только что перекинуло в отдельный коридор. И все из-за того, что он решил использовать свою предрасположенность на стенах. Видимо, это им не понравилось, и они решили его наказать.

Ох, как же он психовал. Это был тот случай, когда можно позлорадствовать.