Онлайн-библиотека книг
— Лев Николаевич, — перешел на деловой тон Онегин. — Если можно, то я бы хотел списать все это на шутку.
Через десять минут мы вышли в следующий зал. На этот раз тут было пусто. Большое пространство, размером с футбольное поле. Небольшие кратеры от заклинаний. Обугленные стены.
— Что это? — удивился Толстой.
— Тренировочная комната, скорее всего, — ответил я.
Мы немного побродили, надеясь найти что-то интересное, но Лора предупредила практически сразу, что тут ничего нет. Только плита в конце, и три коридора.
— О, ты погляди, — ухмыльнулся Толстой. — Как у Сашки Пушкина: направо пойдешь — голову потеряешь, налево пойдешь — коня потеряешь… А прямо… Жень, чего там прямо было?
Онегин потер переносицу, успокаивая свои нервы, и спокойно ответил:
— Прямо пойдешь — женатым будешь.
— Во! Точно! — щелкнул он пальцами."
"— Сомневаюсь, что эти три коридора приведут нас к погибели, — добавил я, подходя к плите. — Но я проверю.
Положив руку на плиту, я пустил в нее энергию, зал осветился. Оказалось, что под закопченными стенами есть вполне красивые узоры.
Информацию я получил быстро. Кто где находится, кто куда продвигается. Все было очевидно.
У меня в голове появилась полная карта лабиринта, и все присутствующие в нем были точками. Были и те, кто быстро перемещался, даже очень. Явно не человек. Так же я сопоставил координаты через Болванчика о местонахождении Антона с Данилой и Федора.
— Так, господа, — убрав руку, я поправил за спиной Ерх и родовой меч. — Останьтесь тут. К вам, возможно, выйдут несколько магов.
Мужчины тут же насторожились.
— Что случилось? — встревоженно спросил Толстой.
— К Антону и Даниле приближаются три Исполина и два группы магов.
Они переглянулись и сделали шаг вперед.
— Мы с тобой.
— Исключено, — твердо произнес я. — На пути будут проходы, которые открываются на несколько секунд, и мы попросту не успеем в него зайти. А еще раз разделяться — это терять время. К тому же к вам и так выйдут солдаты.
— Миша, ты давай, не глупи, мы поможем! — настаивал на своем Толстой, а Онегин постоянно кивал.
— Я в одиночку справился с Небесным Пастухом. Я один спас Монголию и Османов от войны. Спас Петра Романова и Есенина от смерти, тоже в одиночку! И вы хотите сказать, что сомневаетесь во мне?
Слукавлю, если скажу, что не включил немного актерской игры.
