— Это как же?
Есенин спустил очки на нос, подмигнул и повернулся к шумной компании мужиков.
— Эй, кожаные, а можно чуть убавить громкость?
Бармен замер с бокалом на полпути к крану с пивом. Парочка в углу замолкла и уставилась на нас.
— Это кто такой нежный?
— Вот он! — ткнул в меня пальцем Есенин.
Вокруг нас столпилась толпа бородатых мужиков. Звучит странно, но… А к черту!
— А в лицо сказать слабо, пацан? — вышел вперед самый здоровый и наклонился ко мне.
Ох, какое пивное омбре! Но раз мы рокеры, то будем ими до конца.
И, кажется, у меня появился план.
— Я говорю, ваши куриные лапки выглядят смехотворно, — оскалился я. — Забавно наблюдать за такими…
Нас дружно окатили смехом.
— А ты только на словах такой герой? Или очко играет с нами побороться? — спросил бородатый субъект."
"Я окинул их пренебрежительным взглядом. Сразу видно, кто из них силен, кто слаб, а у кого магия силового типа, но даже не на уровне Арнольда. Хотя почему даже… Здоровяк уж точно всех бы уложил одной левой.
Лора вывела мне парочку отчетов по плану здания. Оказалось, что на заднем дворе была небольшая стройка. Скорее всего, расширялись.
— Странное предположение, что у меня играет очко, когда именно вы подошли толпой, — хмыкнул я.
Саша с интересом наблюдал, попивая из кружки. Лисенок вообще не отвлекался от тарелки с мясом. Понимал, что никакой опасности нет.
Я достал из кармана сто рублей и с хлопком положил на стол.
— Как на счет этого? — снисходительно сказал я.
— Ха, пацан-то шарит! — заржал самый здоровый.
— Эй, Дырчик, проверь пацана.
Мы расчистили стол, и этот самый Дырчик поставил локоть на столешницу. То же самое сделал и я.
Саша держал лисенка в одной руке, второй пил пиво.
— Мы с Фоксом за тебя! — зарычал он.
— Эй, Бульдозер, мы готовы, — усмехнулся мой соперник.
Здоровяк одной рукой накрыл две наши.
— Надеюсь, пацан, тебе не надо объяснять правила? — улыбнулся он.
Моим ответом было многозначительное молчание.
Он резко убрал руку, и Дырчик моментально включился в работу.
Не скажу, что мне было тяжело. Что-то между битвой с пятилетним ребенком и столетней старушкой.
Противник настолько напрягся, что на его лбу выступили вены.
— Ну ты бы хоть притворился для приличия, — Лора стояла за Дырчиком и скучающе смотрела по сторонам. — Ничего интересного. Следующий! — сжала кулак и опустила большой палец вниз.
И я медленно опустил руку к столу.
Байкеры загудели, освистывая приятеля.
