Тот встал, и мы обменялись рукопожатиями. Затем он нацепил орден мне на грудь.
— Миша, ты достойный наследник своей фамилии, — кивнул он.
— Благодарю, ваше величество. Для меня большая честь стоять рядом с вами.
Я подошел к трибуне, чтобы сказать пару слов. Хотя в голове был небольшой вакуум.
— А чего мне им сказать-то? — вздохнул я, обращаясь к Лоре.
— Скажи, что все они молодцы, — хихикнула она.
— Блин, ты не помогаешь, — я прокашлялся и продолжил в микрофон: — Спасибо Петру Петровичу за то, что оценил мой скромный вклад в развитие страны.
Для меня большая честь стоять перед вами. И, конечно, спасибо моей жене! Без нее я не достиг бы таких высот.
— Фу, как пресно. У меня даже язык вяжет, — сказала Лора.
— Хочу сказать спасибо тем, кто пытался меня очернить, поймать за руку или уничтожить, — улыбнулся я. — Продолжайте дальше, ваши земли и сбережения будут как нельзя кстати для развития моего рода.
Ведущий подошел поближе, чтобы прервать мою речь, но пока не вмешивался.
— Хочу отметить мой родной КИИМ.
Без него я бы не раскрыл свой потенциал. Спасибо директору Горькому Алексею Максимовичу и всем друзьям, которые были со мной в тяжелые минуты. А что насчет орденов и наград… Думаю, отдохнуть пару дней в Великобритании. Спасибо за внимание.
Ну да, все опять смотрели на меня с широко открытыми глазами. Только Маша слегка прикрыла рот и хихикала. А вот ее мать готова была взорваться, в прямом смысле этого слова. Даже косметика не могла скрыть ее багровый цвет лица.
Краем глаза я заметил, что Петр Петрович с супругой улыбнулись.
Что ж, в ближайшие дни у СМИ будет много поводов для сплетен.
Когда я вернулся на свое место, на меня накинулась графиня Кутузова.
— Ты хоть понимаешь, что сделал? — зашипела она.
— Конечно, потенциально увеличил семейную казну, — невозмутимо кивнул я.
— Мама, успокойся, пожалуйста, — сказала Маша. — Все будет хорошо. Ты же знаешь, насколько Миша силен?
— Знаю, и это меня иногда пугает. Но на каждого сильного всегда найдется кто-то посильнее.
Я не стал говорить, что этот кто-то посильнее сейчас в поместье старшего Есенина. А второй в кремлевских тайных тюрьмах.
Церемония продлилась еще около двух часов. Не скажу, что было весело, но и скучно точно нет. Мы с Машей играли в крестики нолики, например. И все это под недовольным взглядом графини Кутузовой.
— Как малые дети… — бормотала она.
Наконец, церемония подошла к концу."
"— Дамы и господа! — сказал ведущий. — Теперь прошу вас пройти в VIP-ложу.
