Я выбираю...

Я вышла из патрульной машины и огляделась. Вовсю темнело, Толмачёв уже куда-то давно уехал на своей машине, впрочем, пересекаться с ним ещё раз у меня не было никакого желания.

Посмотрела на часы. Автобусы уже не ходили, надо либо попутку ловить, либо такси вызывать. Вновь оказаться с незнакомыми людьми в одном пространстве мне совсем не хотелось. Хватит на сегодня сюрпризов. Если почти знакомый Толмачёв такое выкинул, то чего ждать от совершенно непонятных личностей?

Пересчитала деньги в кошельке и вздохнула. Имеющейся наличности было явно мало.

Можно было, конечно, взять такси до дома и уже там попросить денег у родителей, но тогда бы пришлось объяснять им, что произошло. Или не пришлось. Но у меня и без этого было всё сложно с папой и мамой.

Значит, оставалось идти пешком. Хотя бы до центра добраться, если вдвое сокращу дистанцию, то может быть и хватит оттуда на такси до дома доехать. Зашибись ситуация! Внутренне выматиралась на Игорёшу, а потом всё же подумала, что сама виновата.

Застегнув воротник куртки до упора, обречённо побрела вдоль дороги.

То что он идёт за мной я почувствовала почти сразу. Не видела, но знала. Сначала разозлилась. Очень хотелось развернуться и наорать. Во мне тогда столько всего накопилось. Толмачёв-урод со своими приставаниями и постыдное чувство беспомощности, которое поначалу овладело мной в машине. На Макса с Артуром обижалась за то, что оставили меня. Даже этот мальчик-курсант…"

"‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вот на него проще всего было сорваться.

Взгляд его пронзительный, губы пухлые, волосы кудрявые. Накрутила себя до того, что сочетание блондин с голубыми глазами раздражать начало. Это было так анекдотично, так банально. Хотя сказать по правде, в его внешности не было ничего слащавого. Пусть я и окрестила его мальчишкой, но уже тогда в нём чувствовалось нечто такое крепкое и мужественное.

Так и шла вдоль дороги, гневно размахивая руками. А он шёл следом, держась поодаль в метрах десяти от меня.

Потом гнев как-то незаметно сменился на любопытство. Как надолго его хватит? И вообще, чего он добивается? Почему-то я совсем его не боялась. Но я — плохой показатель, я и Игорёшу-то не боялась.

На одном из перекрёстков, передо мной затормозила побитая жизнью тачка, пьяные голоса засвистели и заулюлюкали, а кто-то один предложил:

— Эй, крошка, давай с нами?!

Замешкалась, почувствовав вдруг свою уязвимость — одна в ночи на дороги.