Вместе с Дианой друзья вновь вернулись к третьему подъезду дома, в котором она работала бандершей.
— Я буду отсутствовать не более сорока минут. Если задержусь дольше этого срока, то знайте, что это произошло не по моей вине, по не зависящим от меня обстоятельствам. Тогда не ждите, уезжайте. Встретимся в таком случае сегодня вечером в восемь часов на том месте, где недавно вы меня задержали. Моя сумка с продуктами пусть полежит в вашей машине — не хочу с ней таскаться по Этажам, — деловито распорядилась она.
Появление Дианы в спортзале у находившихся там мужчин удивления не вызвало.
Все они знали, что она работала администратором в борделе, была любовницей Могилы, то есть для них являлась своей в доску. Уединение Дианы с Могилой, их разговор между собой также ни у кого не вызвали оснований для каких-либо подозрений. Все было вполне естественно.
Могила не перебивая выслушал Диану.
— Я твою инициативу на сотрудничество с лохами полностью поддерживаю, но встречаться с ними не желаю, — заявил он категорично.
— Вдруг они подзалетят и Спица начнёт их колоть? Они могут под пыткой меня выдать.
— Тогда как нам с ними сотрудничать?
— Я буду с ними общаться через тебя, — предложил Могила.
— А если, пойманные Спицей, они меня выдадут ему? Выходит, моей жизнью ты можешь рисковать, а своей — нет?
— Тебя Спица как бабу может пожалеть. К тому же ты так и так уже стала с ними сотрудничать.
— Ты, Боря, все время хитришь со мной. Мне это давно не нравилось, но я тебя терпела, все же ты был бугром.
Теперь ты стал не такой крутой, как раньше. Ты в отношениях со мной определись: если не захочешь на мне жениться, я буду вынуждена расстаться с тобой.
— Ты что, пришла ко мне ссориться? Если нет, тогда давай будем говорить по-деловому, а наши личные отношения обсудим потом.
— Давай поговорим о деле.
— Так, значит, парни проявляют к Ксении повышенный интерес?
— Даже очень ею интересуются, — подтвердила Диана.
— Я догадываюсь, чем вызван их интерес к Загорулько. Если я не ошибаюсь в своей догадке, то парни должны будут за мою информацию о месте жительства Ксении выложить мне десять тысяч баксов.
— Ты что, опупел? — с округлившимися от удивления глазами спросила Диана.
— Я не опупел, просто знаю цену секрета, который соглашаюсь продать. Больше того, чтобы ты не считала меня трусом, сегодня в восемь вечера я сам встречусь с лохами и, если они примут моё условие, сообщу им нужный адрес.
— Вот теперь видно, что я тебе не совсем безразлична.
