— Ну, тогда будем расставаться, — предложил Могиле Чумной.
— Я вам, парни, вот что ещё хотел сказать. Тавурдинов встречался со Спицей, подозревая его в убийстве Загорулько, но Спица заверил, что никакого отношения ни он, ни его люди к убийству Загорулько не имеют. Тем самым Спица насадил себя на крючок. Если вы продадите мою информацию Тавурдинову, то можете на этом заработать в пять раз больше, чем я сейчас заработал.
— Если все так просто, то почему ты сам её не продашь ему с большой прибылью для себя? — поинтересовался Чумной.
— Тавурдинов знает меня как члена «семьи» Спицы. Это одно препятствие, которое меня сдерживает. А другое — то, что у него страшно длинный язык и он не умеет хранить чужих секретов. Поэтому я не хочу из-за жадности к деньгам лишиться головы.
— Тоже верно рассудил, — согласился с ним Чумной. Волчий Ветер в их разговор не вступал, так как во второй раз перечитывал информацию Могилы.
— Жить-то каждому хочется, даже навозному червяку, — довольный, что Чумной согласился с его выводами, пустился в рассуждения Могила.
— Да, едва не позабыл — вот губная помада. — Он достал из заднего кармана брюк тюбик и отдал его Чумному.
— Зачем она нам? — удивлённо посмотрев на Могилу, спросил Чумной.
— Я был на барже, где до убийства содержалась Загорулько. Там и нашёл этот тюбик. Помада французская, фирмы «Л'Ореаль», номер шестьсот пятый, цвет сливовый. При поцелуе не оставляет следа. Как говорится, вещдок.
— Ты что, так хорошо в губной помаде разбираешься?
— Ради того, чтобы просветить вас, был вынужден проконсультироваться у Дианы.
Ещё вот что хочу вам сказать: на злополучной барже сохранились и другие вещдоки, например, полотенца. Их обычно используют мужики и бабы после полового акта.
— А чего ж друзья Таракана так наследили?
— С ними не было Таракана. Он бы им девку насиловать не разрешил, а если бы и разрешил, то всю компру, что я потом обнаружил там, обязательно заставил бы выбросить в реку. Молодёжь пошла бестолковая.
Жрать, пить, баб дрючить, убивать они умеют, а головой работать разучились, вот и наследили. Кажется, все, что хотел, я вам сообщил. Я пошёл, — вылезая из «Нивы», сказал Могила.
— Счастливо! — пожелал ему Чумной. Волчий Ветер закрыл за Могилой дверцу.
Так уж сложилось ещё со времён армейской службы: если друзья находились в автомобиле вдвоём, то за рулём обязательно сидел Чумной. И данный случай тоже не стал исключением из этого правила.
