Так идёте ко мне на работу или нет? — Не получив ответа на свой вопрос, он вновь поинтересовался: — Принимаешь моё предложение?
Чтобы отвязаться, Волчий Ветер ответил:
— Мы должны будем неугодных тебе бить, ломать, угрожать им, заставлять их покоряться твоей воле?
— А как ты думал? Ведь я же буду вам зарплату платить, на меня, разумеется, вы и должны будете работать.
— Не согласны мы на такую работу, — отрезал Волчий Ветер.
— Почему?
— Может так получиться, что мне с другом придётся гнуть в бараний рог таких же упрямцев, как мы.
Это занятие для подлецов и сволочей. Лучше я останусь работать там, где тружусь.
— Может быть, ты по-своему и прав. У меня идейные не трудятся, а собрался разный сброд. Ведь надо было же до того распуститься, чтобы позволить похитить авторитета из толпы членов его «семьи»! Как они могли такое допустить! У меня и сейчас это в голове не укладывается, — возмущался Спица.
— Ты должен был к такой работе своих шестёрок привыкнуть и ничему не удивляться.
— Почему ты так говоришь? — не понял Волчьего Ветра Спица.
— Ты не забыл, как мы с другом отдыхали у тебя в ресторане? Как нас по твоему приказу шестёрки пытались задержать и что из вашей затеи вышло? — напомнил Волчий Ветер.
— Везучие вы, черти, — вынужден был признать Спица.
— Ничего ты, Сергей Трофимович, так и не понял. Не в везении суть. Мы тогда боролись за элементарные человеческие права. Ты не тронь меня — я не трону тебя.
Шестёрки выполняли не своё желание, а твою волю. Ты, как каток, хотел всех нас подмять под себя, как безмолвную, беззащитную траву. А мы все люди, между прочим, имеем своё «я». И если нам кто-то наступает на любимую мозоль, то, не задумываясь, мы начинаем выяснять, кто, почему так сделал, и если это совершено умышленно, то такого наглеца воспитываем в меру своих сил и способностей.
— Мы тоже не из робкого десятка и тех, кто нам больно делает, умеем наказывать, — попытался угрожать Спица.
— Что-то таких героев, как ты и твои помощники, я не видел ни в Афгане, ни в Чечне. Когда ушёл в запас и приехал домой, то узнал, что не я и мои однополчане герои, защитники чести Отечества, а вы ходите как победители. Своё геройство можете показать, обижая женщин, стариков, детей, хлюпиков. А на нас двоих вся твоя лихая многочисленная «семья» забуксовала, остановилась, и мы можем её развалить, лишив тебя жизни.
