Я заберу свою дочь

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Открываю глаза. Темнота. Тусклый свет от ночника. И Константин на моей постели, держит меня за руку.

- Который час? – первое, что приходит в голову.

- Три ночи, - всматривается в мое лицо. Даже в полумраке замечаю, сколько тревоги на дне серебристых глаз.

Около постели капельница. Постепенно вспоминаю события.

- Надя!

- С ней все хорошо. Она спит.

- Она?

- Ничего не видела, - слегка сжимает мою руку.

- Мой сын?

- Все в порядке.

Был врач, он сказал, что тебе лучше будет остаться дома. А когда станет легче, мы поедем в больницу.

Мне холодно, не физически нет, хуже… это душа покрылась коркой льда… а под ним боль… она никогда не проходила, лишь на время замирала, чтобы потом ударить еще больнее… От пальцев Константина исходит жар, мне надо согреться… только вряд ли получится…

- Люб, прости меня… - проводит костяшками пальцев по моей щеке, невольно зажмуриваюсь. Сейчас его прикосновения воспринимаются особенно остро.

– Недоглядел. И охранники… я с ними разберусь. Такого больше не повторится.

- Не наказывай их. Они думали, что это меня отблагодарили, - закусываю губу. – Не в них дело. Он бы все равно нашел способ… Пойми, он никогда нас не оставит… Он будет всегда… Он добьется своей цели…

Закусываю губу и отворачиваюсь. Я боюсь смотреть на Константина. Как же страшно увидеть в нем лицо Владимира…

- Люб, посмотри на меня, - проводит пальцем по моей скуле.

Зажмуриваюсь.

- Открой глаза, - тихий шепот.

Осторожно приоткрываю один глаз, потом второй. И сразу падаю в серебристый свет… глаз Константина… не Владимира, - Мне очень жаль, что ты это увидела. И я сделаю все, чтобы вас обезопасить. Я найду его. Он больше не причинит тебе вреда.

- Он завершит начатое. Тогда Владимир хотел застрелить меня, по роковому случаю попал в твою мать. Константин, прости… я виновата в ее смерти… ты вправе меня ненавидеть… так же как и он…

- Что? – он становится белым как мел, а глаза, наоборот, чернеют.

– Люб, что ты сказала? Кто в кого стрелял?

***

Константин

- Твой оте… Владимир… в Агату, - закусывает дрожащую губу.

Мир переворачивается. Адские всполохи взрывают мое сознание. Я еще не осознал, не принял, не понимаю. Но уже иду по тонкому льду над бездной, делаю шаг за шагом, зная – упаду. Назад пути нет, только к правде.

- Расскажи мне все… Люба, - еще один шаг к новой боли.

Не время сейчас терзать ее, себя… Но оттягивать больше нельзя.