Человек не должен быть один, понимаешь? Не должен. Прекрати быть таким колючим хамом. Знаю, что ты сейчас хочешь мне сказать и какие планы строишь, чтобы меня отсюда не выпустить, но я все равно уйду. Ты даже не заметил, но мой чемодан уже собран и стоит на пороге. Я осталась только, чтобы с тобой по-человечески попрощаться, — смотрю на нее и понимаю, что не шутит. И маленький черный чемодан, который я почему-то не заметил на пороге, это только подтверждает. — Ну что ты молчишь?
— Во сколько у вас поезд?
— В десять.
— Отлично, мой водитель отвезет вас на вокзал. Чего зазря вещи таскать.
— Паша…
— Отвезет. Я устал на сегодня от разговоров и хочу есть.
— Ужин на плите. Я могу посоветовать хорошую помощницу.
— Сам найду, не маленький.
* * *
На самом деле маленьким я себя почувствовал уже на следующий день, когда после очередной утренней пробежки и прогулки с собакой, не обнаружил на кухне завтрака. Я не безрукий и яичницу способен поджарить себе сам, но беда в том, что делать мне этого совершенно не хотелось.
Я привык к определенному распорядку дня, и у меня нет никакого желания его менять. А как представлю, что в доме будет посторонняя тетка, у меня начинает дергаться глаз. Это катастрофа.
На работу пришел злой и голодный. Кое-как просидел пятиминутку и закончив никому ненужный балаган, с облегчением выдохнул, выгнав всех по своим местам.
— Толик, ты завтракал?
— Да.
— А я нет, поэтому пошли в ближайший ресторан, составишь мне компанию. А ты, Женечка…, - да что ж такое, мне почти сорок, а я трясусь при виде этой пузатой ведьмы.
Дожил, блин.
— Что я?
— А ничего. Отдыхай, ну и на звонки отвечай. Я быстро.
Быстро не получилось, затянулся не только завтрак, но и возвращение в рабочие края. Как в двадцать первом веке в крупнейшем здании отключилось электричество, для меня осталось загадкой. Но факт на лицо. К нашему приходу, кипиш, творящийся в холле, было сложно не заметить. Пройдя мимо Жени, я в очередной раз мысленно перекрестился, взгляд у этой ведьмы сейчас очень даже говорящий.
Кофе сегодня точно просить не буду, ибо определенно плюнет.
— Какой-то взгляд у нее сегодня опасный, вам не показалось, Павел Александрович?
— Показалось. Когда будешь выходить из кабинета, намекни ей, что может идти домой. Поработаешь за нее.
— Я?
— Нет, блин, я. Не спорь с начальством-уволю. Ты у нас не пузатый, так что быстро на улице окажешься.
— Понял. А вам не кажется, что здесь чем-то пахнет? — шевелит носом Толик, смотря в мою сторону.
