Я злодейка в дораме

Мне становилось больно и горько от одной мысли, что это могло быть правдой. Уйти, не увидев служанку собственными глазами, было бы предательством. А в идеале я должна забрать ее с собой.

Когда Вей Лун наконец приказал ставить лагерь, я едва не заревела от счастья. Мы остановились недалеко от берега реки. Солдаты разбивали палатки и разводили костры, таскали и кипятили воду. Стараясь не привлекать внимания, я пыталась помогать «товарищам» по отряду. Руки дрожали от усталости, но нужно было работать, чтобы не выдать себя.

За тем, чтобы никто не отлынивал, зорко следили офицеры. И делать все приходилось в дурацком шлеме.

В дорамах женщины всегда легко притворялись мужчинами, даже когда для зрителей все было очевидно, окружающие в упор не замечали, что вот тот парень — это переодетая девушка. Однако я на такое везение не очень-то рассчитывала.

В конце концов, не я тут главная героиня, чтобы удача всегда оказывалась на моей стороне.

Ночь медленно, но верно опускалась на лагерь.

Солдаты наконец расположились отдыхать у костра, готовились ужинать. Я пошла к обозу, около которого терся Гоушен. Наверняка Мейлин в нем или в одной из палаток рядом.

Но не успела я добраться до обозов, как дорогу перегородил… Вей Лун.

— Цай Няо, — констатировал он с недоброй усмешкой. — Пришло время наказания. За мной.

Ну вот, что я и говорила: удача не на моей стороне.

Первым желанием было замотать головой и сказать, что я не Цай Няо — мало ли тут солдат в одинаковой грязной форме! Некоторые, как и я, все еще в шлемах.

Вот только Вей Лун уже развернулся и зашагал куда-то в сторону.

— Не усугубляйте свое положение, солдат Цай! — прикрикнул он на меня.

Делать было нечего, пришлось идти за ним. Вот только шли мы не к палаткам и шатрам, а в сторону небольшого пролеска, окаймлявшего берег.

Он же не собирается привязать меня к дереву и выпороть? Я лихорадочно представляла себе один вариант наказания хуже другого. Мы все дальше уходили за деревья, пока не оказались у небольшой заводи.

Сюда не доносился шум лагеря.

Вей Лун потянулся к поясу, отцепил висевший на боку меч и начал расстегивать ремень. Первая мысль была о том, что он снимает его, чтобы меня выпороть. Даже холодный пот прошиб. А вот вторая мысль — не менее пугающая — была о том, что мне вовсе не показалось, что мой бывший страж как-то уж слишком странно и слишком тщательно поправлял на мне одежду днем.