Я знаю, на что ты смотришь

Таких, как он, не сломаешь, потому что они уже искалечены. Им нечего терять и они ничего не боятся. Играть с ним было бы глупо и совсем не весело. А это у меня в приоритете...

— Я кое-чем обязан этому парню, поэтому обещал, что у Максима не будет проблем, если он сам их не создаст.

Опачки! Лазеечка!

— А ты ходячая проблема, Ева, так что держись от парня подальше, — сурово заканчивает Мирон.

— Ладно, — пожимаю плечами.

— Ладно? — недоверчиво переспрашивает он.

— Ага. Я к нему и близко не подойду.

— Хорошо…

— Думаю, наше собрание пора заканчивать, — говорю я и тянусь к дверной ручке.

— Ева! Это еще не все. Ты снова не ночевала на территории. Так нель…

Вылетаю в коридор и хлопаю дверью. Нотации-нотации… Бла-бла-бла… Задолбал! Оглядываюсь, чтобы проверить, не бежит ли этот здоровяк за мной, чтобы все-таки прочесть свою лекцию, и врезаюсь в стену. Руки на моей спине, легкий запах свежего геля для душа. Тепло касается груди, а ноги сводит от слабости. Какая приятная стена.

— Осторожней, — слышу недовольный знакомый голос.

— Какая встреча, — произношу я, задевая губами кожу над воротником футболки.

Парень пытается отпихнуть меня, но я уже обнимаю его за шею, прижимаясь лишь крепче.

— Что ты делаешь?

— Спрячь меня, — шепчу, заглядывая в светлые зеленые глаза.

— Что?

— Пожалуйста.

Еще раз бегло оглядываюсь, толкая Максима все дальше к повороту, который скроет нас от Мирона, если тот все-таки решит выбраться из своего кабинета.

— Что случилось? — с искренним беспокойством спрашивает Максим.

О-о-о… Так он еще и добрый. Не парень, а настоящий подарок. Интересно, я увижу, как он плачет. Это всегда так забавно.

— Я… меня… — лопочу, отвлекая его своим телом и голосом.

Как только мы скрываемся за углом в ветке коридора, которую освещает большое окно в самом конце, я прижимаю бармена к стене, поднимая голову. Чувствую, как мне в живот упирается что-то твердое. Мальчик возбудился. Как мило… Я тоже завожусь не на шутку.

— Да что с тобой? Что происходит?

— Ничего. Просто хотела поздороваться, как следует, — произношу улыбаясь и тянусь к его застывшим губам.

Максим отпихивает меня, меняя положение. Теперь он прижимает меня к стене, упираясь ладонью рядом с моим виском, а второй рукой сжимает предплечье.

— Совсем больная?!

— Это было грубо. Фу, таким быть!"

"Он собирается отойти, но я хватаю его за пояс шорт, не отрывая спину от стены.