Я знаю — ты мой!

И вновь лежать на холодных простынях, что во время приступов раскалялись, как жерло вулкана.

— Кай, ему не становится лучше. — Усталый голос лорда Миала заставил сконцентрироваться на чужом разговоре. С трудом, но я выплыл из своих мыслей, желая узнать, о чем говорят брат и отец Алисы. — Такое ощущение, что все движется по кругу.

— Отчасти так и есть, — шепотом ответил Кай. — Но это его порочный круг, который он должен разорвать.

— Что говорит повелитель?

— Что это его битва. Выиграет сейчас — сумеет справиться и со всем остальным.

— Это было бы кстати. Но… какую роль вы отводите моей дочери, Кай?

— Вам не о чем переживать, — тут же ответил брат, а я усмехнулся.

Я вспомнил, что пообещал мне владыка Нижнего Мира, если я силой заберу Алису.

— Он сровняет империю с землей, если я посмею причинить боль леди Аллори. — Я буквально выталкивал из горла слова, а закончив, зашелся в кашле.

— Быть не может, — выдохнул лорд Миал.

— Что вас удивило? — спросил Кай, усаживаясь на мою кровать и помогая мне подняться.

Ответ Сайриона поверг в шок:

— Она приняла имя Аллори. Второй ребенок отказывается от меня.

— Поясните, — прохрипел я, пытаясь разглядеть мужчин. Все виделось сквозь густую пелену. Я смаргивал, но это не помогало.

— Кажется, я ошибся, Кай. Вы это видите?

— Почти принял, — выдохнул брат практически мне в ухо. — Аура стала интенсивнее. Ох, Тай, прекрати сражаться сам с собой.

— Я вопрос задал, — рыкнул на брата. — Что…

— Кортин отрекся от рода Миал, — сжалившись над моими попытками говорить, быстро произнес Сайрион.

— И вы позволили?

— Тай, это у вас нет выбора. Вы наследник по крови и духу, к тому же Кай никогда не согласится занять ваше место. А я… Кортин слабее Лукаса. Будь он сильнее, я, может, и настоял бы на его возвращении. Однако не вижу причин, чтобы рушить его жизнь ради рода. Он с той, кого любит, и полон сил, чтобы сделать ее счастливой.

— Импульсивность мальчишки. Он подставил…

— Не смей, Тай! — Оказывается, Сайрион умеет рычать не хуже меня. — Не смей обвинять его в том, что он позволил себе слабость и прихоть! Он в отличие от тебя не трус.

— Да как ты!.. — Кровавая пелена вновь вернулась на свое место.

Я и сам не понял, как это произошло, но Кай вдруг отлетел к стене, а я оказался на ногах.