Я знаю — ты мой!

Кто знает, какой матерью буду я? Вдруг еще хуже?

— Она увидела, что зажглась черная звезда. Скоро и все демоны это увидят.

— А если мы не хотим? Мой ребенок — наследник Авразара, а не Нижнего Мира.

— Не тебе решать, — осадил Атея Алиайдан, — а твоему сыну и моему внуку. Я принял тебя, как родного сына. Принял твой выбор и твою жену. Для меня нет большей радости, чем знать, что мой род пополнился такими сильными магами. Я не сомневался, помогая тебе, и ты не смей сомневаться в своем ребенке.

— То есть вы уже тогда знали, что такое может случиться? — Мне было тревожно, и вместе с тем была благодарна Алиайдану.

Кто знает, вдруг он решил бы уничтожить моего ребенка еще в утробе, чтобы наследник появился у Зейна? Не этого ли добивалась Талана, сталкивая меня с Руанной? Мы с ней еще не виделись, но разве не пошла бы я на сделку? Особенно еще не зная, что жду ребенка? Мало ли что она потребовала бы, вдруг выпить чего-нибудь или ритуал какой провести…

— Конечно, Алиса. Знал и не сомневался, принимая в род Атея.

Он не мог стать моим наследником, однако уже тогда существовала вероятность, что ваш ребенок родится с истинной силой демона. К тому же время всегда все ставит по своим местам. У Зейна есть шанс и после рождения вашего дитя, что означает одно — решение за вашим сыном. Мы не имеем права вмешиваться в его судьбу.

Сложно было осознать это, как-то навалилось разом, и выхода не видно.

— А теперь поговорим о Литане и Зейне. Десять лет назад, расставаясь с ним, каждая ведьма вернула кровь, которую он отдал после инициации.

Алиса, ты ведь знаешь об этом, не нужно объяснять?"

"— Не нужно, Сицилла успела меня просветить до прихода вашей жены.

— Так вот, колбу с кровью ему вернули, соответственно, и от права последней ночи отказались. Но вот в чем дело… Не прозвучало ритуальной фразы отказа. И если в руках одной из ведьм окажется колба, данная ей когда-то, она может потребовать исполнения древнего закона. Если демон отказывается, его кровь обращается против него.

Ты зря сомневалась в Зейне, он не дал своего согласия. Расчет был на то, чтобы вы поспешили на помощь дочери. Теперь я это понимаю. Как и желание жены провести ночь во дворце, рядом с Литаной.

— Зейн колбы не уничтожил, — дошло до меня, — а ваша жена рассказала новость Литане…

— Он отдал их матери, полагая, что это сделает она. Когда сыну выдвинули требование, я поспешил к Руанне. Единственное, что я не понял, — мотив.