Я знаю — ты мой!

— Ты просто такой серьезный, что я посчитал необходимым разрядить обстановку, — улыбнулся отец. — А теперь, с вашего позволения, хотел бы поздравить молодых.

И ускользнул, оставив нас наедине.

Муж, не теряя времени даром, утащил меня в спальню. И без нас повеселятся, и не факт, что вообще вспомнят о нашем существовании…

Через девять месяцев дворец сотрясся от оглушительного крика младшего сына, названного Итаном в честь прапрадеда, именно ему досталась та самая полная сила демона. Старшенький был куда скромнее, даже успел напугать меня, когда вместо того, чтобы закричать со всей силы, оповещая мир о своем рождении, он покряхтел слегка и уснул.

Мы назвали его Марселем, и интуиция подсказывала, что старшенький доставит не меньше хлопот, чем младшенький, получивший мощный дар. Как известно, в тихом омуте демон водится.

* * *Еще двадцать пять лет спустя

Мы вновь стояли в храме, на сей раз в Кайтайниском королевстве. Повод был весомый: выходила замуж принцесса Аянель, старшая из дочерей Наяны и Маркуса Гильери.

А женихом принцессы был наш сын. Итан.

Я была потрясена выбором младшего из близнецов, но прекрасно понимала, что зов огненной крови не оставил ему и шанса, как и Аянель.

Мне до сих пор было сложно общаться с Наяной, но я справилась, не желая расстраивать детей. За принцессой шло приданое ее матери — часть графских земель, «помилованных» Атеем, а оставшиеся территории Карего, которые муж конфисковал после восстания, были подарены сыну."

"Год назад Наяна овдовела, уход мужа оплакивала искренне и даже сейчас еще не оправилась, хотя мне казалось, что при ее характере должна была пуститься во все тяжкие, почувствовав глоток свободы.

Но королева-мать Кайтайниского государства вела себя безукоризненно, отдавая все свое время детям: двумя сыновьям, старший из которых взошел на престол, и трем дочерям — младшей едва исполнилось тринадцать.

Могло ли так случиться, что человек изменился? С момента нашей ссоры прошло немало лет, и Наяна не была счастлива в браке, по-настоящему счастлива.

Но почему-то она не озлобилась, хотя это было куда как вероятнее. А я не чувствовала потребности в прощении. Наша жизнь сложилась так, как должно — согласно заслугам и помыслам. Сейчас и делить нечего — наши дети полюбили друг друга.

Мы давно не юные девочки-максималистки, мы матери, уже бабушки. Ее старший сын женат, у него дочь и жена на сносях. У Литаны с Зейном спустя десять лет родился сын, отмеченный силой черной звезды.