Я знаю — ты мой!

— Верховная, — негромко позвала леди Милиса, — неужели с момента моего выпуска в корне изменилась система обучения?

— Изменилась незначительно, а к чему вопрос?

— Хочу выдвинуть свою кандидатуру для кураторства над Сициллой и леди Алисой. Если, конечно, они согласятся.

— Исключено! — тут же воскликнула ведьма. — Все кандидатуры уже утверждены согласно плану, и извини, Милиса, но ты больше не имеешь ведьминского дара, а обучение включает и практику. Ты ничего не сможешь им продемонстрировать, задать верное направление и изменить их поток силы при необходимости.

Нет, исключено!

— А мы согласны на кураторство леди Милисы, — заявила я, поймав взгляд Сициллы, — при условии, что останемся на вашем попечении.

Непрозрачный намек Кристарис прекрасно поняла.

— Обсудим наедине, — бросила она и так посмотрела на маму подруги, что будь на ее месте стог сена, он непременно вспыхнул бы.

— Я готова помочь Милисе и стать вторым куратором, — неожиданно встряла Тилья. — Для меня практика не станет проблемой, и я старшая ведьма.

Полагаю, моя кандидатура вас смущать не будет?

Я говорила о сожжении леди Милисы? Нет, испепеляюще Кристарис глянула на Тилью. Или как на подколодную змею, что вдруг укусила хозяина. Ох, не просто там с их планом.

Впрочем, кандидатура Тильи нас не устроит — Сицилла вряд ли сумеет расслабиться при ней, как и леди Милиса. Так что пока промолчу. Посмотрю, чем в итоге это обернется, и позже выставлю свои условия. Тетушка Мирилис не зря была приглашена в Нижний Мир и благодаря моим стараниям никуда не денется, пусть даже не мечтают избавиться от нее.

Едва сдержала ликование: уверена, нашими учителями станут именно моя тетя и мама Сициллы. Верховная заранее проиграла. На меньшее не соглашусь!

— Обсудим позже, — дипломатично отозвалась ведьма и промокнула губы салфеткой. — Прошу меня извинить, нужно решить некоторые дела. Леди Алиса, я жду вас после ужина. Вас проводят.

Как и подобает леди, мы склонили головы в знак уважения и в полном молчании дождались ухода ведьм.

Соратница верховной и во время ужина в молчанку играла, и тут не удосужилась соблюсти приличия. Неслышно поднялась и тенью потрусила за начальством.

Тишина в столовой висела недолго. Первым не выдержал Кортин. Тяжело вздохнул и прямо заявил Тилье:

— Ваша кандидатура нас не устраивает. Можете забыть об этом. — Не предполагала, что он может быть таким колючим. — Сициллу и ее родственников есть кому защитить.