Может вам поговорить стоит, дочка? Решить все вместе?
— Нет, мам. Я уже все решила. Хватит с меня.
— Ладно, не злись только! Где ты хоть?
— Далеко, мам.
— Что значит далеко? — мама всхлипнула, а я представила, как ей тяжело от незнания.
— Я скажу, только пообещай, что не скажешь Владу. Мама, пожалуйста. Я приеду через месяц, может больше и сама все решу. Только не говори!
— Хорошо, я не скажу! Обещаю!
Я вздохнула, но поверила. Мамино обещание стоит сотни клятв на Библии.
— В Сочи. Я у Игоря.
Повисло молчание в несколько секунд.
Представляю, как это выглядело со стороны, но мне было все равно. Я Игорю ничего не обещала, и он это знает. Мне просто нужна помощь и поддержка. Был бы загран паспорт, я бы полетела к Кате в Испанию, но на его изготовление понадобится несколько дней, если заказывать срочный, а мне необходимо было уехать уже сегодня.
— Я поняла, дочка. А он знает, что ты беременна? — осторожно поинтересовалась мама спустя несколько мгновений.
— Нет.
— Думаю, ему нужно сказать.
Это будет правильно.
Мама тоже понимала, что скорее всего у Игоря остались какие-то надежды, и водить его на поводке пользуясь чувствами мерзко и нечестно.
— Я скажу, мам. Просто пока не выдалась возможность.
— Хорошо, дочка, это твой номер? Я могу звонить на него?
— Конечно. Это мой. Звони, и я буду.
Мы попрощались, а потом я набрала Лизу. Оказывается, Влад и ее со Славой успел потревожить. Племянница кричала, требовала ей все объяснить, иначе она приедет и обоих нас привяжет к батарее, чтобы изводить пытками за то, что заставляем ее нервничать в ее собственный медовый месяц.
Пришлось рассказать. Лизке я доверяла все и знала, что она не выдаст, особенно когда узнает всю историю. Племяша правда тоже сильно удивилась, узнав, куда именно я подалась, но ругать не стала. Она вообще молча слушала, пытаясь вероятно поставить себя на мое место, а потом только сказала, чтобы я дождалась ее и она во всем меня поддержит.
После того как услышала родные голоса, я прошлась по парку, наслаждаясь теплом, но продолжая кутаться в теплое пальто.
Выпила зеленого чая в одном из кафе, а потом вернулась обратно в гостиницу.
Игорь позвонил вечером, когда солнце уже село, а на меня навалилась тоска, и я свернулась на кровати калачиком, пытаясь отключиться от мира. В ушах стоял требовательный громогласный вопрос «Чей тест, Лиля?», а потом звук падающей палочки на коврик. Он был таким тихим, а я все еще помнила этот оглушающий шелест о зеленый ворс).
