"
"— Зачем ты позвал меня три дня назад и занимался со мной сексом, если собирался расставаться?
Голос дрогнул, а тонкие пальцы нервно пробежались по каемке красной юбки, одной из тех, что мне нравились на ней.
— Потому что соскучился.
И это гребанная правда. Я реально соскучился, но получив то, что хотел, уже через три часа долбился в другую, напоминая себе о том, что чистота — это не мое. Я скотина и подонок, и мне нравится так жить. Точнее нравилось. Тогда.
Лиля наполнила легкие воздухом, собираясь что-то сказать, но в последнюю секунду передумала и, не глядя на меня, встала со скамейки перед моим домом.
— Я согласна, так будет лучше, — бросила, стараясь не выглядеть жалкой, а меня пронзило уколом боли где-то в самом сердце, настолько глубоко, что я не понял, показалось мне это или нет.
— Будь счастлива, Цветочек!
Лиля посеменила к своему дому, а я продолжал смотреть в удаляющуюся стройную спину. Цвети, Цветочек, тянись к солнцу и радуй окружающих своим светом и теплом.
Ты заслуживаешь лучшего. Ну а я…
Вынул телефон из кармана и набрал сразу нескольким телкам:
«Встретимся?»
Двое ответили моментально:
«Во сколько?»
Вот. Это моя жизнь. Моя желанная свобода. И когда-нибудь однажды я захлебнусь в ней, давясь пыльным кислородом.
Глава 2
НАШЕ ВРЕМЯ
Лиля
Дождь безжалостно хлестал по щекам, пока я, перепрыгивая лужи, пыталась добраться до дома после десятичасового рабочего дня. Ветер гнул деревья к земле, трепля пожелтевшие листья и срывая их под ноги прохожим.
Ноги промокли почти сразу, как только я вышла из офиса. Исхудавшая подошва не была готова к таким жестоким испытаниям этой осени, но денег на новую обувь пока не было, поэтому все, на что можно сейчас надеяться — это вкусный чай и таз с горячей водой и горчицей, чтобы не простыть.
Открыла калитку и поспешила в дом. Свет горел только на кухне, означая, что мама еще не легла спать и все еще ждет меня. Перед тем как войти, постаралась натянуть на лицо маломальское подобие улыбки.
Маме сейчас очень нужна поддержка, а если я вбегу, стуча зубами от холода и хлюпая ногами по коридору, то поддержкой меня назвать будет очень сложно. Только сильнее разволнуется.
— Мамуль, я дома, — крикнула из коридора, сбрасывая с плеч промокшее в нескольких местах пальто и стаскивая дермантиновые сапоги. Засунула их под батарею и, сняв капроновые носки, бросила туда же. Потом постираю. Сейчас важнее последние новости.
