После пары дней работы на Щербакова я примерно представляла, что от меня требовалось, поэтому Владу осталось просто объяснить некоторые детали, показать мне где находится небольшая, но уютная комната с кофе-машиной и холодильником, который отчего-то был забит до отвала. Я так понимаю, что это место не для простых сотрудников, а только для вышестоящих, поэтому разнообразию сыров и копченостей не особо удивилась.
Мы прошлись по этажу, заглядывая в кабинеты, куда мне придется наведываться чаще остальных, такие как копировальная, архив и даже заглянули к Святославу Игоревичу.
Мужчина выглядел искренне довольным тем, что я теперь ""на своем месте"", как он выразился, и так же как и Влад, поблагодарил за то, что рассказала им об услышанном вчера в компании ""ФоунЗон"".
Мне было неловко находиться в его компании после того, как сама всего пару дней назад отказалась от места работы, являющейся мечтой сотни девушек, но, кажется, Слава не злился и не считал необходимым меня этим попрекнуть, поэтому уже спустя пять минут я смогла расслабиться.
А потом началось что-то невообразимое. После обеда ринулись посетители, которым было назначено заранее. И пока я пыталась разобрать почерк Наташи, секретаря заместителя Влада, временно исполняющей роль его помощницы, особо нетерпеливые не гнушались попрекнуть меня отсутствием профессионализма.
А еще Шаталову постоянно звонили. За два часа работы я приняла как минимум звонков тридцать, и из ушей уже начал валить дым от меняющихся голосов в трубке.
Слова ""Приемная Влада Шаталова, Лилия, здравствуйте"" уже запутывали язык, а желающих пообщаться с директором не уменьшалось. В глазах рябело от букв и имен, я уже не понимала, кого на какой день записала. Одни отменяли встречи, другие наоборот просили подвинуть их ближе, третьи уточняли записи. Теперь я понимала, почему девочки секретари, как только закончился обед, проходя мимо меня, пожелали мне удачи с сочувствующим взглядом.
Но больше всего раздражало то, что половина звонящих оказывались девушками, требующими соединить с ними Влада по личному вопросу.
Поначалу я не обращала внимания, мало ли какие там у них личные вопросы. Но когда одна и та же настырная особа за последние двадцать минут уже третий раз пыталась достучаться до Шаталова, не обращая внимания на мои слова о том, что у него сейчас встреча, я психанула.
— Еще раз назовите ваше имя, — едва сдерживая раздражение, попросила я.
— Инга.
