Что такое? Прищуриваюсь и толкаю ее обратно на кровать. Забыла как это? Неужели придурок такого не делал с ней? Мысль о бывшем недоумке не вовремя врывается в сознание, вызывая черное чувство ревности, и я сам не заметив того, начинаю двигать пальцами быстрее, свободной рукой лаская поочередно то правую, то левую грудь. Щипаю соски, глажу их раскрытой ладонью, пока Цветочек не начинает метаться, комкая простыни, кричать, а внутренние мышцы хаотично сокращаться.
Как же она сладко кончает. Хочу это не только видеть.
Достаю пальцы и приспускаю джинсы, даже раздеться сейчас нет никакой выдержки. Наваливаюсь сверху и заполняю ее одним резким толчком. Ствол тонет во влажных стенках, и я едва не кончаю, раздираемый этой пульсацией. Моя такая. Настоящая. Неподдельная. Всегда искренняя в своих ощущениях. Лиля тут же обхватывает мои плечи руками и находит губы. Целует алчно, так как умеет только она. Знаю, как женщины умеют подделывать крики и стоны во время секса, лишь бы показать мужикам как им с ними хорошо, и это жутко бесит.
Лиле же никогда и в голову не приходило творить подобное. Ее взгляд, осоловелый от недавнего оргазма, говорит сам за себя.
— Влад, — шепчет покрасневшими губами и осторожно проводит пальцем по моей губе, только сейчас заметив, что из нее совсем немного сочится кровь. — Я очень по тебе скучала!
Я растворяюсь в ее признании, чувствуя, как сердце болезненно сжимается и щимит. Толкаюсь в горячую плоть и не могу отвести глаз от любимого лица. Самая красивая.
— Моя маленькая! — рычу, чувствуя, как накатывает необратимое цунами приближающегося оргазма.
— Я всегда любил только тебя! — подсовываю ладонь ей под голову и сгребаю каштановые волосы в кулак, чтобы приблизить ее лицо к себе.
Лиля не отвечает, всхлипывает и крепче обхватывает меня ногами. Я снова целую ее. Пью рвущиеся из горла стоны и едва не разрываюсь от ощущений. Вбиваю себя в нее с каждой секундой все быстрее и резче. Влажная плоть снова начинает пульсировать, пока я заполняю ее собой. Быстро и до самого основания.
Шлепки разносятся по всей комнате, и я тоже начинаю кончать. Судорога несется вдоль тела. Достаю член и изливаюсь на плоский живот. Бурно и остро. С хрипом и взрывающимися огнями перед глазами.
Утыкаюсь лбом в покрытую потом шею и тяжело дышу. Лиля гладит меня по спине и так же, как и я, восстанавливает дыхание. Разве может быть что-то лучше этого?
А потом мы начинаем сначала. Только на этот раз избавившись полностью от одежды и приняв душ.
