— Смотрите, я ловлю вас на слове, — я склонилась в поклоне, все же имперец показал себя с хорошей стороны, хоть и был поначалу излишним снобом. Мид поклонился в ответ и запрыгнул на своего райта. Зычно скомандовал отход. Караван тяжело тронулся в путь. Я еще, наверно, с полчаса наблюдала за отъездом Мида. Кибитки выстраивались в очередь, у Мида свой караван не малый. Кивнула напоследок Норвейгу и, вздохнув, повернула Арда домой. Домой, как приятно звучит это слово, теплом, уютом, вкусной едой у него веет защитой.
Прошло семь месяцев…
— Тужьтесь, госпожа, тужьтесь, — шептала мне Шена, — не дело, так долго сына на свет не пускать.
— Без тебя знаю, — со стоном выдохнула я и задышала, чтобы прийти в себя.
Максимилиан Сахрами на свет не торопился, притаился внутри теплым комочком, и только мое понимание, что с ним все хорошо, не давало скатиться в панику. Рожала я уже сутки. Перед этим я поговорила с даром. Долго, обстоятельно его пытала на тему драконов того мира, из которого он пришел.
С местными у них были существенные различия. И пыталась собрать побольше знаний, как растить дракона. Да, я согласилась на перерождение дара. Быть моему сыну первым драконом империи Намассе. Я хотела, чтобы он чувствовал себя полноценным, не таким, как все, кто лишен своей части сущности. Я много разговаривала с потомками драконов, тем же Рамиро, его воинами, братом Мадеем, который дал мне записки одного из поэтов нашего времени. Все потомки драконов чувствуют пустоту внутри, а ночами летают.
Я не желала своему сыну такого вечной тоски…
Когда я почувствовала первые схватки, дар из моего поля ощущения пропал, это был первый звоночек, что все началось."
"Было ли мне страшно? Еще как! Я боялась всего, но понимала, что это нормально для будущей мамочки. Все мы, словно квочки, кружим вокруг своих деток, иногда им во вред, поэтому нужно сцепить зубы и просто отдастся на волю природы. Как говорила моя мама, «не ты первая, не ты последняя», роды — естественный процесс, и кто знает, может драконам и положено долго на свет появляться.
Чувствую я себя, если не считать нарастающей боли, вполне нормально, что даже удивительно. Было просто неприятно осознать себя глухой и слепой после того, как пропал дар, слишком я привыкла полагаться на его навыки и на то, что он всему давал объяснение. Привыкать теперь, быть одной, тяжело и из-за этого я понимала, что поступила правильно, мой сын будет цельной личностью.
