Я прислушалась к разговору Мида и служителя с Волком, то есть Амарантом, они уже день назначают, когда мы ребенка будем делать, я покраснела, не слишком то приятно, когда такое обсуждается на глазах у челяди и ребенка.
‒ Позвольте мне поговорить с господином владетелем наедине, ‒ неожиданно даже для себя сказала я и вперила взгляд в Амаранта. Тот слишком быстро согласился:
‒ Прошу дорогих гостей пройти за прислугой вам покажут ваши комнаты, а мы с моей женой поговорим, ‒ надо же, как запел.
‒ Папа, ‒ голос у дочери Амаранта был нежным и звонким, а еще требовательным, ‒ ты не можешь с ней говорить, она злая, убьет тебя.
‒ Ари, детка, ‒ не знала, что Волк может так говорить, с нежностью, ‒ У тебя самый сильный в мире папа, со мной ничего не будет, Карана, уведи ее.
Стряпуха посмотрела на меня ненавидящим взглядом и подхватив девочку за руку, повела ее к двери, из которой они пришли.
‒ Тоний, ‒ побудьте тут, ‒ сказала я племяннику, ‒ я скоро буду.
Волк за моей спиной хмыкнул, нет, не могу я его Амарантом называть Волк он и есть волк.
Я шла вслед за владетелем и старалась себя накрутить, чтобы разговаривать холодно и надменно. Я Анодея Сахрами, потомок спасителей драконов, а он всего лишь, всего лишь… я задумалась Амарант вроде бы тоже потомок драконов. Дар внутри меня потешался и радовался, раскидывая по всему замку свои зелёные плети и сообщая мне, что обед тут готовят на печах, а вот мука на хлеб плохая с жучками.
Цыкнула на разбушевавшуюся сущность.
Амарант привел меня в свой кабинет. Небольшая комната с высокими шкафами, заваленными бумагами. С одной стороны, диванчик, обтянутый кожей. С другой стороны, стол с удобным креслом. Пахнет Волком, его запах я везде различу. Я поджала губы и повернулась к мужчине, который с интересом наблюдал за мной.
‒ Зачем ты врал?
Амарант сделал шаг ко мне, и мне захотелось отступить, усилием воли я не дрогнула.
Владетель успел переодеться из простой одежды в довольно богатую. Пусть без той роскоши, что была у платьев Анодеи, но синяя рубашка, которая оттеняла глаза, была украшена серебряной вышивкой и пуговицы радовали глаз ювелирной резьбой.
‒ Я хотел убить тебя по дороге Анодея, ‒ от неожиданности я вздрогнула.
‒ Почему же не убил? ‒ спросила я, хотя уже знала ответ.
