Тот бы постарался быть общительным, завел бы себе кучу друзей–приятелей, болтал бы со всеми, вынюхивал. А этот был нелюдим и мрачен. Но зачем ему потребовались какие‑то таблетки? Чтобы получить их, Орест пожертвовал новыми сапогами. Вся эта история заинтриговала Серовола.
Фельдшер Иван Богданюк был фанатиком и подвижником медицинской науки, главным образом такой ее отрасли, как фармацевтика. Дело в том, что диплома об окончании Иваном Богданюком медицинского учебного заведения никто не видел, а сам Богданюк об этом никому не говорил.
Собственно, это мало кого интересовало в отряде, так как все сходились на том, что фельдшер он отличный и главное ― боевой. Единственным недостатком Богданюка было то, что он почти совсем не разбирался в латыни, а по–немецки знал только несколько слов. Это усложняло ему жизнь, так как он далеко не всегда мог определить, против какой болезни следует употреблять то или иное лекарство, захваченное у немцев вместе с другими трофеями. В большинстве случаев Ивана Богданюка выручала интуиция и исключительная выносливость его пациентов, но бывали и осечки… Тогда Ваня несколько дней ходил с синяком под глазом, скорбный и удрученный, а затем, не в силах изменить медицинской науке, снова принимался за свои опыты.
Вот такой замечательный фельдшер, польщенный срочным вызовом и готовый немедленно приступить к врачеванию, предстал перед Сероволом.
— Товарищ капитан, приказано явиться. Я вас слушаю. Серовол посмотрел на сапоги фельдшера. Они действительно выглядели как новенькие.
— Ваня, я тебя хочу выслушать…
Богданюк перехватил взгляд Серовола, догадался, зачем его вызвал Третий, смутился, покраснел даже, но не растерялся, так как, видимо, вины за собой не чувствовал.
-Вам за сапоги рассказать?.
— В первую очередь про таблетки.
— Одно с другим связано…
— Давай все подробно. Садись и рассказывай. Как все случилось?
Богданюк уселся на скамью. Тут в хату вошел Юра. По знаку капитана он присел рядом с фельдшером и приготовился слушать.
— Значит, узнал этот Орест, что у меня есть усыпительные таблетки…. — облизав губы, начал Богданюк.
— Усыпительные? — насторожился Серовол.
— Ну да! — кивнул головой фельдшер. — Это по простому, а по медицински будет — снотворные.
— Откуда он узнал? Когда это было? Где ты эти таблетки достал? — засыпал его вопросами начальник разведки.
— Ага! — удивился фельдшер интересу Третьего к таким, на его взгляд, ничего не значащим мелочам.
