Ягодка опять (СИ)

— Все? Больше ничего не надо?

Ерничает, сука. Отвечаю тем же.

— Было бы неплохо реанимационную бригаду, но ты ведь медиков вряд ли пригласишь…

— Нету у меня ничего такого.

Однако встает и начинает копаться в углу, где свалено какое-то тряпье. Достает относительно чистую простынку. Даже две. Стащил что-ль где-то с веревки, на которой сушилось белье? С ножом проще. Только вот кипятить его не на чем. Зато в шкафу обнаруживается аккуратная медицинского вида бутыль граммов на пятьсот, в которой еще есть немного спирта.

И то слава богу. А то говорил — нету, нету.

Теперь можно уже не отвлекаться на мелочи, а вплотную заняться делом. Тем более, что от боли в голове уже плывет. Схватки стали такими частыми, что почти слились в один непрерывный поток боли. Может уже пора начать тужиться? Или еще рано? Господи, дай мне силы, дай мне волю, дай мне хоть что-нибудь кроме чистой простынки и ста граммов спирта!!!

В какой-то момент, видимо теряю сознание, а когда прихожу в себя начинаю подозревать, что у меня начались галлюцинации.

Потому как вместо маньяка рядом со мной на коленях стоит моя подруга Любка. Зажмуриваюсь и больно щиплю себя за руку. Но даже не чувствую этого — там, внизу все значительно больнее. Открываю глаза — все равно Любка. Зато теперь вижу и своего похитителя. Он неровным мятым комком лежит на полу.

— Любань…

— Ну, блин, Романова, ну ты, блин, даешь!

Печатных слов Любке явно не хватает. Так что она только надувает щеки и вытаращивает на меня свои голубые глазищи.

— Как ты здесь оказалась?

— Вот любопытная ты!

Выхватывает телефон и быстро набирает номер.

— У меня экстренная ситуация. Нужны медики. Срочно. Да. Вертолет приземлиться сможет. Сейчас сброшу координаты.

Она делает с телефоном еще что-то, он тихо тренькает, и Любка снова засовывает его в нагрудный карман черного комбинезона. Выглядит она при этом так круто, что хоть сейчас в кино. Причем в фильм ужасов, однозначно. Потому как рядом-то я!

— Люб! Я умираю!

— Я тебе дам — умираю! Давай, блин.

Тужься что ли. Ты же не я — ты же это умеешь. Уже этим делом раньше-то занималась.

— Я все забыла.

— Жить захочешь — вспомнишь.

Серый куль у Любки за спиной начинает шевелиться, и она почти не глядя добавляет моему похитителю ребром ладони по затылку. Чтобы не мешался.

Глава 11

Когда на площадке, которая когда-то служила пионерам для проведения их пионерских линеек, садится вертолет, я уже вообще ничего не соображаю. Любка по-моему тоже.