Ягодка опять (СИ)

И чего я такая дура распоследняя? Явился не запылился, наплел чего-то, а я тут же и начала растекаться как шоколад на солнышке. А ведь в том страшном пионерском лагере, и после, когда на больничной койке валялась, мечтая о самоубийстве, думала, что не прощу его никогда. И к сыну не подпущу на пушечный выстрел. А теперь вот, безропотно веду его наверх, в нашу с Данькой спальню.

Малыш мой спит. Личико ясное, маленький ротик приоткрыт. Кулачки закинутых вверх ручек расслаблены. Интересно, ему сны снятся? И если да, то какие? Саша склоняется над кроваткой, и на его лицо ложится отсвет того же расслабленного блаженства, которым дышит личико Даньки.

— Надь, какой он хорошенький… Даже не верится…

— Еще одну экспертизу?

Смеется тихонько и качает головой.

— Нет, двух вполне достаточно. Слушай, а какие у него глаза? Я ведь, кажется, никогда не видел…

— Твои, Саш. Серо-голубые.

Молчит. Пальцы сжали перекладину на детской кроватке так, что костяшки побелели. Да, непросто все это…

— Я много думал об этом…

— Время у тебя было.

— Надь, не перебивай. Это… некультурно.

Теперь так же тихонько смеюсь уже я. Данька принимается возиться. И мы замираем. Потом Саша интересуется одними губами.

— Тут есть где поговорить, чтобы его не потревожить?

Киваю. Комнат здесь, на втором этаже, помимо двух спален, в которых устроились мы с Данькой и Любка с Шуркой, еще две. Выходим в коридор и сворачиваем в следующую же дверь. Саша плотно прикрывает ее за собой и обводит помещение взглядом. Мебели тут не много. Только самое необходимое: шкаф, тумбочки, столик с зеркалом, пара стульев и, естественно, здоровенная кровать.

— Опять ничего не можешь с собой поделать?

— Не могу, Надь…

— А я, пожалуй, попробую с собой справиться.

— А надо?

— Единственный вывод, который я для себя вынесла из всей этой истории, таков: от тебя, Саш, нужно держаться как можно дальше.

Отступает, опуская руки.

— Все так. Тут ты абсолютно права. Не надо было мне приезжать. И сегодня. И все предыдущие разы…

Уточняю:

— Два раза.

— Три.

— Первый, когда ты меня из сугроба вынимал, не в счет.

— Почему?

— Это была случайность.

— В этом мире нет ничего случайного.

— Ты фаталист?

— Да нет. Прагматик."

"— Больше тебя не пытались травить или отстреливать?

— Пока нет.