Ягодка опять (СИ)

— Я поспрашиваю. Может кому-то нужен водитель.

— Спасибо. Всегда знал, что вы хороший, добрый человек. И честный. Именно поэтому согласился дать показания против вашего мужа на суде. Еще до того, как он меня уволил, согласился. Теперь все даже проще стало. Так что я совсем не жалею…

Вот так… Оказывается вот кого имел в виду Сева, когда говорил, что нашлись свидетели… Прощаюсь с Юрой, еще раз пообещав ему поузнавать на счет вакансии. Чем черт не шутит? Может Шурка Сенцов поможет. Он хоть по-собачьи и не говорит, но все ж таки в душе настоящий Дед Мороз…

А на следующий день мне звонит человек, который представляется адвокатом Игоря Вербицкого.

Отправляю позвонившего, кто бы он ни был, к Севе Гарлицкому. Но он никуда отправляться явно не хочет. И с этого момента разговор у нас становится… интересным. Он тут же начинает осторожненько прессовать меня. Произносятся какие-то неявные угрозы. Делаются намеки. Короче говоря, мне дают понять, что если я не пойду на попятный, а продолжу в том же духе, мой муж готов потратиться на то, чтобы очернить мое доброе имя всеми доступными ему методами. Мило. Обрываю разговор и тут же звоню самому Игорю. Но этот трус трубку просто не берет. Мой-то номер, в отличие от номера моего загадочного Саши, у всех определяется просто замечательно.

Интересно, кстати, как я теперь у Игоря записана? Раньше его телефон, когда я звонила, выдавал краткое «Жена». А теперь? «Бывшая жена»? Смотрю в собственный телефон и невольно начинаю плакать. Я-то ничего не переписывала и не меняла.

Как-то даже не подумала об этом. Так и висит у меня — «Игорёшка» и широко улыбающаяся физиономия на прикрепленном фото. Детали. Дьявол, как известно, кроется в деталях…

Слезы накатывают так стремительно, что не успеваю ничего сделать, чтобы их удержать. Сижу и тихо вою, зажав в кулаке телефон с фотографией потерянного мужа в руке. Вчера, поругавшись с ним, поняв отчетливо и окончательно, что между нами теперь пропасть, наполненная какой-то дрянью, в которой он готов меня искупать в любой момент, и то не плакала.

А тут разревелась как дура… За этим занятием меня и застает Ванька."

"— Ревешь? Это ж только маленькие ревут. Я и то уже не реву.

— А я вот реву.

— Теть Надь, ты это, знаешь что, ты не реви больше.

— Я постараюсь.

— Хочешь я тебе кока-колы дам? У меня осталось немного.

— Нет, не надо. Я от кока-колы твоей пятнами пойду.

— Какими пятнами?

— Розовыми.

— Врешь.

— Не вру. Это аллергия называется.

— У меня тоже аллергия. На персики.