Яма

Больше ничего приятного или утешительного в комнате я не увидел. Это было какое-то рабочее помещение, используемое строителями метрополитена. На столе лежали чертежи и графики, стены были обклеены всякими скучными объявлениями. Чтобы успокоиться, я все их одно за другим прочитал. И указ Парижского муниципалитета от 30 марта 1898 года о начале строительства «метрополитеновой железной дороги», и подряд, выданный «Companie de Chemins de Fer» на произведение землеройных работ, и приказ главного инженера Ф. Бьенвеню о стандартизации платформ, и мандат компании «Gnom GMBH» на рекрутирование и обучение строительных бригад, и прочую подобную чепуху.

Чтение всегда действует на меня умиротворяюще, даже усыпляюще. Я стал прикидывать, где бы мне полежать камнем, пока не наступит момент обратиться в огонь. Русская пословица гласит, что утро умнее вечера, и это очень хороший совет. Тем более что умнее такого паршивого вечера быть нетрудно.

Пол был замусоренный, и я решил, что устроюсь на столе. Только сначала сжался в комок и вывернулся вьюном, чтобы скованные руки оказались впереди.

Иметь короткие ноги иногда очень полезно."

"Теперь я мог улечься на спину, с относительным комфортом. Сказал себе: «Я камень, я камень, лежащий на дне глубокого темного омута» и сразу стал видеть сны. Их было много, но я запомнил только самый последний.

Будто я герой русской сказки Емеря-сан, ловлю на реке рыбу и вытащил большую-пребольшую щуку. Она просит отпустить ее, обещает выполнить любое мое желание. Глаза у щуки зеленые, ресницы длинные, щеки румяные, и я вдруг вижу, что это русалка, довольно упитанная и прекрасная собой.

«Если я выполню свое желание, ты не захочешь, чтобы я тебя отпускал», – шепчу я, красивая щука смеется и мотает головой.

К сожалению, сон у меня очень чуткий. Раздался негромкий стук металла о камень, и я пробудился на самом интересном месте.

Сначала я просто послушал мерное «тук-тук-тук», еще окончательно не проснувшись и продолжая думать про волшебную щуку и желание, которое я не успел выполнить.

Потом сообразил, что постукивают с той стороны, куда затащили господина. Догадался: это Фандорин бьет по стене наручниками. Я уловил, что звук не такой уж мерный, и вспомнил о русском тюремном телеграфе.

Россия – очень большая страна, в которой много очень больших тюрем. В них сидят как плохие люди, так и хорошие, причем в основном вторые. Это всегда так бывает: когда страной правят хорошие люди, в тюрьму попадают плохие, а когда правят плохие, то наоборот.