Ямщина

Меня, надеюсь, вы не забыли? Полковник Нестеров.

Щербатов обернулся. Перед ним, действительно, стоял полковник Нестеров, одетый в длинное мешковатое пальто и бобровую шапку. На плечах пальто, и на шапке толстым слоем лежал снег — значит, давно дожидается здесь. И даже дал возможность зайти в храм и увидеть Татьяну. Благородно, конечно, со стороны жандармского полковника.

— Ну что, Петр Алексеевич, пройдемте, у меня к вам много вопросов накопилось… — Нестеров чуть разжал пальцы и, по-прежнему придерживая Щербатова за локоть, повел его к низенькому крытому возку, стоявшему в отдалении от других.

В возке было полутемно, и Нестеров не стал опускать полог. Забросив его наверх, долго разглядывал Щербатова, молчал. И вдруг неожиданно сообщил:

— А Никольский после вашего визита прямиком ко мне отправился. Предлагает свои услуги в качестве тайного агента. За какие доблести вы его помиловали?

— Пусть трясется всю жизнь.

— Хм-м… Да вы еще и знаток душ человеческих.

— Что хотите, то и делайте. Мне безразлично.

— Хорошо. Тогда приступим к допросу. Протокола пока писать не будем. Я могу надеяться на вашу откровенность?

— Вполне. Я же сказал, что мне безразлично.

— В ваши годы ставить крест на себе… Рановато…

— Господин полковник, в наставлениях и утешениях я не нуждаюсь.

— Тогда к делу. Каким образом у вас оказался список членов организации «Освобождение»?

— Его мне сообщил Хайновский.

— При каких обстоятельствах?"

"— При каких обстоятельствах… Весьма грустных, господин полковник. Я помог ему бежать с этапа, доставил в укромное место и там, под угрозой вот такого ужасного гвоздя, который иногда вколачивают конокрадам в пятку, Хайновский выложил весь руководящий состав «Освобождения», всех тех, кто вынес мне приговор, рядовые члены организации меня не интересовали…

— Где он теперь?

— Нашли с перерезанным горлом в Страшнум логу. Очень темное место в Томске, там много убиенных находят, иногда и личность установить не могут.

— Кто вам во всем этом помогал?

— Этого от меня не услышите. Даже не утруждайтесь спрашивать.

— Как и при каких обстоятельствах вы совершали убийства членов организации?

— Здесь мне скрывать нечего… — Щербатов помолчал и стал подробно рассказывать, абсолютно ничего не утаивая.

Нестеров слушал, не перебивал. Время от времени сцеплял пальцы, хрустел ими, но лицо было непроницаемо.