— Разве я не говорил тебе, что это дом моей сестры, и я могу входить сюда, когда посчитаю нужным?
Глава 5
Мысль о том, что все происходящее вокруг нереально никак не покидала моей раскалывающейся головы, даже не смотря на грохот, крики, рычание и вопли дерущихся Берсерков, которые сейчас раздавались где-то вдалеке, когда можно было подумать, что две армии пошли в рукопашную между собой, как это бывало в старые времена отважных викингов.
Страшно было представить силу одного-единственного Палача, который смог противостоять сразу нескольким чистокровным Берам, ведь если бы он был мертв или бежал с поля боя, то давно наступила бы тишина.
Но когда с десяток глаз уставились на меня, я поняла еще раз, что ничего не будет просто."
"— Эта фиговина появилась гораздо позже, друг мой, — примирительно улыбнулся Сумрак, пока я испуганно покосилась на Палачей, честно говоря, удивленная тем, что они стояли спокойно и смирно, давая возможность остальным Берам побеседовать между собой, почему-то не встревая и не пытаясь прекратить этот беспредел на поле брани.
— Ты касивая, молодая, эффектная девушка, Ягода, — голос Сумрака был моим бальзамом и тем спасительным плотом, за который я хваталась, как за последнюю надежду если не на спасение, то на последний глоток воздуха, прежде чем сгину в пучине стыда и унижения, — И нет ничего зазорного или постыдного в том, что мужчины обращали на тебя внимание, и показывали свое расположение.
„и лишь обжигающие жаром большие руки Янтаря на моих ягодицах были реальны, как никогда!
— Мой отец, будучи королем Гризли, дал свое слово, что не будет вмешиваться в мое наказание, но попросил лишь об одном — чтобы они оставили мне один шанс на жизнь. Всего один. Справедливый. Честный. За меня и моего брата. Я принял его наказание на себя. Смотрите, — мужчина развел свои большие сильные руки, показывая на застывших в шоке Берсерков с ранами. ссадинами и синяками, — Сейчас перед вами стоят сразу трое королей своих родов — Гризли, Кадьяков и Полярных.
И мы просим вас заменить смерть девушки на иное наказание. Дать ей всего один шанс. Справедливый. Честный.
Мне казалось, что кресло подо мной должно уже воспламениться, если не от глаз этих огромных мужчин, то от моих ядовитых эмоций, которые жалили душу, прожигая в ней черную дыру!
Господи, лучше бы она подошла ко мне и ударила!
— И вы тоже.
— Хорошо.
