— Это не самый большой из пороков, — усмехнулся Карат, явно намекая на самого себя и род Кадьяков, — Подождем, когда Лютый придет в себя и немного оправится, чтобы понять смог ли он что-нибудь узнать о них.
Жизнь начинала напоминать сказку….
Именно такими были его глаза — безбрежным согревающим океаном, в который хотелось окунуться и стать маленькой золотой рыбкой в его глубинах.
После того, как Мия достала десяток ячеек яиц и баллон с молоком, я смутно поняла, почему в голосе моего Янтаря была гордость, и что мои мысли про подвиг были не такими уж и нелепыми!
Стоило просто заглянуть в его золотые глаза, чтобы понять, что он и есть солнце, он и есть добро.
О том, что именно этот род страшен в бою и гневе я знала еще с пеленок!
Слишком напряженным было его тело.
Это я должна была остаться в таком состоянии!
Ведь нужно смотреть в глаза своему страху?…
Мое сердце сжалось и дрогнуло от нежности и тех чувств, которые полыхали в груди к этому удивительному мужчине, чье добро и тепло стали моими крыльями, позволяя идти вперед, теперь никогда не оборачиваясь назад.
— Возьми…
— В этом нет смысла, Ягодка.
— А еще они сами себе на уме!
Я лишь с широкой улыбкой покачала сокрушенно головой, нутром ощущая, что так оно и будет, и к черту все эти бинты и повязки.
— А ты чего застыла?! Хватит уже смущаться!!! Вали его скорее, пока не опомнился!!"
"— …ты не должен был так поступать, — прошептала я, делая пару крадущихся шагов, но, не позволяя себе коснуться Янтаря даже кончиком пальца, потому что боялась, что и такое прикосновение принесет ему новую волну боли, даже еспи больше всего на свете мне хотелось сейчас положить голову на его мощную грудь, чтобы дышать его ароматом и слышать, как стучит смелое доброе сердце, что стало роднее всех на свете.
— А как еще!
Лютый протянул брату что-то вроде снежка, на что Север уставился, сначала нахмурившись и явно не понимая зачем, но когда его ноздри затрепетали и Бер выдохнул судорожно и хрипло, стало ясно, что это не просто комок снега.
И отчасти видимо это было правдой, потому что тут же уютная пустая кухня наполнилась гулом голосов десятка огромных мужчин, которые были вечно голодными, а я застыла в нерешительности, пытаясь хотя бы просто прикинуть какое количество яиц, молока и муки стоит брать за основу.
